Книга Обольстительный пират, страница 84 – Минерва Спенсер

Вернувшись в Дейвенпорт-хаус, они обнаружили в просторной передней Кемаля среди гор багажа. Камердинер раздавал распоряжения направо и налево, в то время как Понсби, устрашающего вида лондонский дворецкий Дафны, метал гневные взгляды на слугу в тюрбане. Но Кемалю доводилось встречаться с кровожадными пиратами, и его нисколько не смущал ледяной взгляд какого-то дворецкого.

Кемаль низко и с достоинством поклонился Дафне.

— Добрый день, миледи.

— Ты только что приехал?

— Да, миледи.

Дафна принялась неторопливо снимать перчатки в надежде, что он ответит подробнее, но в этот момент заговорил Люсьен.

— А мистер Босвелл здесь? — Мальчишки разглядывали горы багажа, словно обезьянка могла притаиться среди них. — Или уехал с кузеном Хью?

Кемаль улыбнулся, представив, как его хозяин путешествует в сопровождении зловредной обезьяны.

— Боюсь, что нет, лорд Дейвенпорт. Лорд Рамзи уехал в своей открытой коляске, а такого рода путешествия мистеру Босвеллу не по душе.

Дафна фыркнула, но тут же сделала серьезное лицо, стоило Кемалю обратить на нее свой спокойный задумчивый взгляд. За то недолгое время, пока они вместе заботились о раненом Хью, она успела полюбить слугу и проникнуться к нему уважением. Кроме того, она поняла, что от его острого взгляда ничто не укрывается, и могла бы поклясться, что ему известно про ее чувства к его хозяину, и его это забавляет.

Дафна проигнорировала его понимающий взгляд.

— Кухарка, наверное, захочет узнать, явится ли лорд Рамзи к обеду.

— Разумеется, миледи.

Дафна надеялась на другой ответ, но не хотела выдавать свою заинтересованность.

— Не буду тебе мешать.

Она повела мальчиков по голубым с золотом ступеням, которые вели к ее спальне и комнате для занятий.

Так значит, Хью скоро приедет — быть может, уже сегодня вечером. При этой мысли в животе у нее запорхали бабочки, и Дафна нахмурилась, недовольная предательской реакцией своего тела, но в то же время расправила плечи, словно готовилась к сражению. Впрочем, так оно и было — к сражению с самой собой.

Так сложилось, что вечером к ужину Хью не явился.

На следующее утро Дафна проснулась рано, несмотря на то что плохо выспалась, намереваясь продолжить работу над вторым черновиком статьи, но вместо этого сидела за столом, смотрела в никуда и взвешивала свою моральную дилемму с энергией и энтузиазмом, которые обычно припасала для разрешения научных загадок.

Лучше уж набросать план признания, чем раздумывать над моральным аспектом сложившейся ситуации, упорно твердила ее суровая неутомимая совесть. Нет, еще рано. Вот придет время — и тогда… Зачем разрушать жизнь своих сыновей, когда ему, кажется, ни до чего нет дела, лишь бы разъезжать по стране в компании своей любовницы?

Нельзя отвечать на неправильные поступки неправильными.

Один постулат в голове сменялся другим, и Дафна фыркнула: как мудро!

Но совесть отказалась участвовать в этой жалкой перебранке, так что Дафна просто уставилась невидящим взглядом на пачку писчей бумаги перед собой. Она по-прежнему не могла сообразить, как реагировать на ту рыжеволосую женщину. Лучше и правильнее сделать вид, что ей нет до нее дела. В конце концов, ее не должно трогать, куда он ездит и с кем? Он ее племянник, и не более того. Дафна понимала, что ей должно быть стыдно, но почему-то лишь находила интригующим, что ее моральные принципы могут быть такими гибкими, когда речь идет о столь явном социальном табу.