Книга Шелковый хаос, страница 73 – Фэя Моран

Но самым ироничным мне казалось объявление в газете. По закону мы обязаны были опубликовать извещение о предстоящем венчании за несколько недель. Для обычных людей это традиция, а для нас – декларация войны и мира одновременно. Наш союз был напечатан в «Катимерини14^[14]», и каждый наш враг, каждый конкурент теперь знали, что наши семьи объединяются. Это было официальное предупреждение всему криминальному миру.

И наконец, разрешение из архиепископии. Последняя печать на нашем контракте.

Я перевел взгляд на епископа. Старик наверняка знал, что за каждой из этих справок стоит не только вера, но и кровь, и огромные деньги. Но он молчал, принимая правила игры. Для него мы были «детьми божьими».

Я посмотрел на Анархию, стоящую в тени.

— Еще не придумала способ свалить? Все справки собраны, Хаос. Объявление в газете уже почти пожелтело на полках. Архиепископ поставил свою подпись. Юридически ты уже наполовину принадлежишь нам. Осталось только дождаться, когда через три дня эту сделку скрепят официально.

Она повернулась ко мне.

— Когда они успели? – спросила Анархия впервые не враждебным тоном.

— Ну, насколько я знаю, наши отцы решили поженить нас еще месяц назад.

Ее лицо на мгновение исказислось в удивлении, но почти сразу снова приняло маску спокойствия, которое было свойственно этой девушке.

— Месяц, – повторила она. – Значит, пока я занималась делами в Лондоне, мой отец уже вызвал свидетелей и поклялся перед Богом в моей «чистоте»?

Я сделал шаг к ней.

— Твое Pistopiitiko Agamias было подписано ровно через два дня после того, как наши отцы закрыли сделку по расширению северных терминалов. – Я усмехнулся, глядя, как в ее глазах вспыхивает понимание. – Свидетели подтвердили, что ты не замужем, а мой отец подтвердил, что я единственный способ превратить твоего отца из Полемарха в полноправного члена семьи. Все законно, Хаос. Даже те двое парней из твоего прихода, что ставили подписи, знали, что если они откажутся, их собственные свидетельства о смерти будут напечатаны в той же газете, что и наше объявление о браке.

Анархия медленно подошла к аналою, на котором лежало тяжелое Евангелие в серебряном окладе. Она коснулась его кончиками пальцев, словно искала в нем опору.

— Они подготовили все, – прошептала она. – Справки о крещении, газетные утки, разрешения архиепископии… Вы создали бумажную клетку и назвали ее святым таинством.

— Не согласен. – Я остановился прямо за ее спиной. Признаться честно, мне почему-то нравилось стоять к ней так близко и смотреть на нее. Несмотря на то, что она явно доминировала во всех наших стычках, я все же был выше ростом и имел возможность смотреть на нее сверху вниз. Хоть что-то мне досталось. – Для тебя это явно не клетка. Через три дня ты перестанешь быть просто дочерью Полемарха и Эпархом. Ты станешь членом нашей семьи, верхушки. И получишь очень много власти. Разве тебе это не нравится?

Она резко обернулась, и ее лицо оказалось очень близко ко мне.

— Думаешь, мне нравится то, что меня делают твоей нянькой?

Я ухмыльнулся и выдал:

— Мамочка нравится мне больше.

— Не думала, что тебя привлекает инцест.

Это меня возмутило.

— Ты сама назвала себя моей мамочкой, на минутку!

— Я не вкладывала в это ничего пошлого, – спокойно ответила она.