Книга Шелковый хаос, страница 83 – Фэя Моран

— Еще чего. Бежать решит Анархия.

— Она тебя скорее пристрелит. Причем прямо у алтаря. И знаешь, я ее даже не осужу. Вчера ты был… скажем так, излишне красноречив.

Я напрягся.

— И что именно я вещал?

Во взгляде Инес в этот момент читалось нечто среднее между жалостью и желанием рассмеяться.

— Я совершенно случайно услышала, как ты полчаса признавался ей в любви.

— Не ври!

— Не вру.

— Я не мог признаваться ей в любви! Я даже будучи в стельку пьяным никогда бы такого не сделал! А вчера я выпил не настолько много.

— Просто говорю, как все было, братец.

— И что она ответила тогда?

— Ничего особенного.

— Сделай вид, что ничего не слышала. И ни слова родителям! А вообще, какого черта ты подслушиваешь?

— Деймаки, это была гостиная. Я же не подслушивала ваши личные покои… Тем более, чуть позже я не стала скрываться и вошла к вам.

— Все равно. Если знала, что мы там, не надо было…

— О-о-о, – перебила меня Инес, хихикая, – ты планируешь в следующий раз делать с Анархией что-то более интересное?

— Инес…

— Вы выглядели вполне как милая парочка. Я ничего не успела увидеть, но уверена, ты еще и лапал ее, как будто проверял, насколько быстро сможешь сорвать с нее все лишнее.

Я сглотнул, чувствуя, как в памяти вспыхнул короткий фрагмент из вчерашней ночи. И ведь действительно было что-то похожее.

— В любом случае, – хрипло начал я, стараясь вернуть себе самообладание, – она не позвол…

— Не беспокойся, Деймаки, – перебила Инес, похлопав меня по колену. – Она ведь даже не сломала тебе руку. Я как будто эротический фильм посмотрела. Если такое между вами происходит на стадии непринятия и легкой «ненависти» друг к другу, то я боюсь, что после вашей первой ночи от кровати останутся одни щепки.

Я фыркнул и отвернулся к окну.

— Тебе не кажется, что ты слишком много фантазируешь о моей личной жизни, Инес? – буркнул я.

— Да я просто хочу племяшек!

— Тогда тебе по адресу к Ригасу, – огрызнулся я. – Это он у нас ходячее пособие по семейным ценностям. Я уверен, что он к выбору подгузников будет относиться серьезнее, чем к поставкам оружия. Наверное, он уже даже распланировал график зачатия на пять лет вперед и выбрал имена. Вот он тебе и наплодит спиногрызов в рекордно короткие сроки.

Инес картинно сморщила носик.

— Ну нет! Ригас больше будет придерживаться протокола: сначала три года ухаживаний, потом венчание, а потом секс строго по расписанию в миссионерской позе ради продолжения рода. Это скучно! А у вас с Анархией… Я уверена, что к утру в спальне не останется ни одной целой вазы, а на тебе ни одного живого места.

— Так, Инес! – одернул я. – Прекращай. Хочешь, чтобы мама узнала, о чем ты со мной болтаешь?

Она лишь засмеялась в ответ, но больше не произнесла ни слова.

Дорога казалась мне бесконечной. Каждая выбоина на асфальте отдавалась в голове колокольным звоном. Инес что-то увлеченно печатала в телефоне, а я смотрел в окно на проплывающие мимо витрины бутиков и кофеен, где нормальные люди пили свой утренний фраппе, не обремененные грядущим браком с женщиной-катастрофой.

Наконец машина мягко затормозила перед знаменитым ателье Филата Карези.

Я вышел из машины, поправив темные очки, которые скрывали не только последствия вчерашнего, но и тот факт, что мне впервые в жизни стало по-настоящему не по себе. Сестра последовала за мной. Солнце Афин казалось слишком ярким сегодня.