Книга Голые души, страница 135 – Любовь Левшинова

Если это было шуткой, то весьма грубой. Если нет…

— Не прощаю.

Вертинский резко развернулся к Дрейк, от неожиданности она сделала шаг назад, прижимая толстовку к груди в защитном жесте. В глазах парня горела ярость. Это на инстинктивном уровне отталкивало.

Крис щелчком отбросил окурок, пролетевший в паре сантиметров от Дрейк, и ее нутро ощетинилось. Вертинский наклонил голову вбок, с прищуром глядя на девчонку.

Парни рядом подобрались на месте от странного поведения друга. Конечно, всех разозлило произошедшее с Ваней, но не до такой же степени.

— Если тебе удалось обмануть меня, это не значит, что ты такая умная. – Презрение просочилось в его голос, Дрейк это презрение сглотнула. – Это значит, что я тебе доверял больше, чем нужно.

Татум беспомощно посмотрела по сторонам – в глазах парней рядом нашла лишь такое же удивление, а от агрессии Криса не стала защищаться, не успела. Не думала, что придется: Вертинский с недавнего времени вошел в круг людей, с которыми не надо держать нос по ветру.

— Крис, ты о чем? – Татум в непонимании вскинула брови, заглянула парню в глаза.

Ответов там не увидела – только злость.

— О твоих потрахушках с Виктором. – Он усмехнулся небрежно, уязвляющие. Дрейк будто ударили под дых. – Когда я спрашивал, ты сказала, что он бывший одноклассник. Отдам должное, сыграла ты просто на ура. Я поверил.

Вместе с обвиняющими словами Крис выплюнул под ноги Дрейк свою боль. Ноющую, обидную, будто все внутренности всосались в черную дыру, в которую превратилось его сердце. Осталась лишь оболочка с именем Крис Вертинский.

Тат проглотила ком воздуха, кончики пальцев начинала жечь паника. Баржа кренилась влево.

— Информацию между перепихами тоже ему сливала?

Парни рядом впились в Дрейк пораженными взглядами. Марк рядом с другом замер, осуждающе молчал. Он не знал, что за шлея под хвост заползла к Крису, в разборки не лез, но не одобрял публичность.

От шока у Татум не было сил защищаться: она растерянно смотрела на Криса, прижимая к груди толстовку. От страха перед обозленным, так легко кидающимся презрением парнем мозг отказывался работать и сопоставлять факты.

— Какую информацию? – лишь тупо переспросила она, а Крис зашелся гулким, отвратительным смехом, с жесткой иронией оглядывая Дрейк с ног до головы, как куклу.

Спичка была брошена, бензина еще вчера подлил Слава, Крису снесло тормоза. Состояние аффекта вылилось в бескомпромиссную жестокость.

— То, что трахалась с ним, даже не отрицаешь, понятно. – Он якобы довольно фыркнул, оглядываясь на парней позади как на поддержку.

Дрейк была беззащитным кроликом перед стаей волков. Раздражение Вертинского перенеслось на компанию, как в коллективный мозг: после слов Криса, даже не зная сути, все смотрели на Тат с отвращением.

Казалось, только эта эмоция позволяла Крису не начать бить стекла машин на парковке или упасть и расплакаться от обиды и разбитого сердца.

Волки давили на кролика. Но кролик оскалил зубы.

— Ты псих. – Татум бросила в Криса толстовку, скривившись, как от горького огурца.

Шестеренки в мозгу начали крутиться, она поняла, что парню что-то известно, оправдываться не было смысла: Крис сейчас не в себе. Но то, что он в принципе, в каком бы состоянии ни был, позволял себе с ней так разговаривать, еще и при всех, грибковым гнойным ногтем царапало по сердцу.