Книга Голые души, страница 66 – Любовь Левшинова

Крис улыбался, смотря на взволнованную Дрейк, и ничего не говорил.

Тат слышала, как колотится ее сердце: странные, пугающие мысли о преследовании и нездоровом интересе закрались в сознание, но она нервно тряхнула волосами, понимая, что это не про Криса.

А что тогда про него? Тат толкнула парня к стене, заглядывая ему в глаза, и все поняла. Внутри оборвалась струна.

— Ты это устроил… – дошло до нее. – Ну конечно, кто же еще.

Стало вдруг очень обидно. Это не Вселенная, не ее личный путь, не ее возможности. Это возможности и связи Криса, который, очевидно, думал, что Дрейк после подобного бросится ему целовать в благодарности ноги, а затем прыгнет в койку. Она почувствовала себя дико паршиво. Отступила на шаг, с презрением смотря на парня.

— Я уже подумала, что ты отпустил маниакальную идею о контроле. – Тат презрительно фыркнула, сложив руки на груди.

С лица Криса исчезла улыбка, он сощурился и плотно сцепил челюсти, осознавая, что план не сработал.

— Кто бы говорил о контроле, – едко от неожиданности процедил он, и оба поняли, о чем идет речь.

Крис хотел было вернуть слова назад, но упоминание ее болевой точки нажало на кнопку гнева.

— Иди на хер, Вертинский, – со звериным оскалом рыкнула она, поражаясь тому, как можно вести себя настолько ублюдочно.

Влезать в ее жизнь, а на недовольство вторжением бить знанием о ее личных проблемах. Она думала, что Крис понимает ее заскоки. Но нет, в его глазах это было недостатком. И пусть так, но попрекать этим ее и сравнивать с собой…

— Дрейк… – Крис сделал шаг навстречу, но Тат дернулась от него, убирая руку.

Не желала касаться.

Он с сожалением выдохнул, злясь на себя за сказанное, – Дрейк умела выводить из себя. Он весь свой мозг напряг, чтобы расположить к себе Татум, не опускаясь до банальных цветов, а она назвала его, считай, сталкером. Только уже не в шутку, как в начале их… истории, а взаправду, будто он – помешанный маньяк. Отец говорил, что импульсивность Криса ему аукнется, и оказался прав.

— Нет. – Тат расстроенно, гневно покачала головой. – Пошел ты! – Она вскинула на него разъяренный взгляд: Крис влез в ее опору, ее мечту! Сделал из ее стержня фикцию и опять предложил себя на роль несущих стен. Татум была раздавлена. – Мне не нужны от тебя подачки, – выплюнула она слова парню в лицо и пошла к выходу.

— Я просто хотел помочь… – Крис всплеснул руками, бросая слова вдогонку, но услышал лишь злое, брошенное через плечо:

— Вечером рукой сам себе поможешь, кретин.

Крис вышел вслед за Татум в основной холл, но догонять не стал: был уверен, что Дрейк вполне способна разнести здесь все в щепки. Настроение было испорчено, план – разрушен. Вертинский стоял посреди зала и наблюдал за Дрейк, которая быстрым шагом направлялась к Мирославе.

— Мне очень жаль, но я не смогу принять эту должность. – Хорошая акустика позволяла расслышать каждое слово.

Крис раздраженно сжал кулаки: она серьезно откажется от работы мечты просто из вредности? Только потому, что помог с этим он?

— Правда? – удивилась женщина, с непониманием глядя на Дрейк, но Татум говорила уверенно и безапелляционно.

— Да.

— Ну что ж, удачи вам. – Мирослава недовольно поджала губы, оглядывая Дрейк с головы до ног. Без образования, принятая на собеседование по знакомству, еще и отказывается после того, как ее, считай, уже приняли. Неблагодарная девчонка. – Правда, без официального опыта работы в этой сфере исполнить вашу мечту вряд ли выйдет. – Она вздохнула с лицемерным сочувствием, из-под очков посмотрев на Татум. – Своя картинная галерея – это не так просто…