Книга Гордость и предупреждение, страница 72 – Любовь Левшинова

— Да ладно, я могу побыть рядом, просто погово…

— Нет. – Она развернулась, стеклянными от слез глазами посмотрела на Вертинского болезненно упрямо. – Не нужно быть рядом, я должна… не должна опираться на тебя. Сегодня ты меня поддержишь, а завтра? А если Глеб сорвется еще раз? Нет. Встретимся в универе, я тебе напишу. – Из последних сил она заставила его остаться на месте.

Удаляющаяся фигура Тат пробивала осколком прошлого в сердце. Он понимал, о чем она говорила. И не посмел перечить.

Дурак.

Крис

Через два дня Крис попросил Татум приехать в клуб. День занятий Дрейк пропустила, сегодня он мельком видел ее в коридоре. Она над чем-то смеялась, разговаривая с сестрой, и вроде отошла от инцидента с сорвавшимся другом.

Крис хотел не писать Татум еще несколько дней, самому разобраться с навалившимися проблемами и дать время ей, но Ванька написал после пар про парней Якудз, которых видел в количестве семи человек у входа в универ, и Крису пришлось уйти с занятий раньше.

Те, очевидно, были недовольны выходкой Примусов в начале учебного года, желали выбить из парней компенсацию за утопленный фургон или просто подраться – в махаче диалогов не велось.

Крепко получив по затылку и челюсти, Вертинский крикнул парням, что пора заканчивать. Травмы у всех были равносильными, с иссякшими силами без победителей и проигравших парни разбрелись в разные стороны.

Клуб еще был закрыт, но отец был дома, и Крис не хотел перед ним светить своим видом побитой собаки. Когда он прикладывал лед в пустой ВИП-зоне, почему-то захотелось написать Дрейк. Хороший секс успокоил бы нервы. Или его слишком сильно ударили по голове.

— Это Макаров? – Она зашла за штору через полчаса, приковав взгляд Криса к разрезу на юбке.

Кивнула на пистолет в чехле на столе, села рядом с Вертинским. Крис отнял лед от лица, тихо хмыкнул.

— Ты еще и в оружии разбираешься?

— Что? Нет, – Татум засмеялась, – я просто два раза пересмотрела «След».

Вертинский улыбнулся. Становилось теплее, когда она так на него смотрела. Без сочувствия, но с участием.

— Я им не пользуюсь, он тут в сейфе лежит. – Он кивком указал на оружие. Хотел переложить в сумку, но в мутном от последствий удара сознании время текло необычно, он даже не понял, сколько ждал Тат. – Завтра разрешение продлить нужно.

— Хорошо. – Она скупо улыбнулась.

Оглядела наливающийся синяк на подбородке парня сосредоточенным взглядом, откинулась на спинку дивана.

Только сейчас Крис подумал, как глупо было ее звать именно сегодня, после драки. Он выглядел либо идиотом, либо хвастуном, светя пистолетом и синяками. Он правда оружием ни разу не пользовался и не собирался, но таким образом показывать свою «крутость» не хотел.

Однако Татум молчала.

— Не спросишь, что случилось?

Вертинский мысленно прописал себе леща. Опять делал то, от чего бесился: не был равнодушен к ее равнодушию.

Татум посмотрела на парня, чуть вскинула брови.

— А ты хочешь рассказать?

Крис осекся.

— …Нет…

Тат улыбнулась. Будто понимала больше.

— Тогда зачем спрашивать. – Она пожала плечами. – Поехали ко мне, всех до утра субботы не будет.

Крис с усмешкой покачал головой, но согласился.

Дорога до дома Дрейк заняла больше времени, чем в прошлый раз: они попали в вечерний час пик. Татум дремала, откинувшись на сиденье, Крис вяло наблюдал за дорогой. Состояние было каким-то мутным, в сознании путались мысли.