Книга Присвою навсегда, страница 59 – Юля Гром

— Рустам, нет. Пожалуйста, остановись, я погорячилась, — хватает меня за рукав.

— Руку убрала, — ухожу из номера, не оборачиваясь.

С одной проблемой разобрались. Признаюсь, ошибся, когда позволил остаться дома бывшей, но шутка про мой нерабочий член — это уже перебор. Кроха вроде скромная, но как скажет чего-нибудь, так хочется взять ремень и по аппетитной попке пройтись.

Высказала бы мне все наедине, а не при людях. Член, видите ли, у меня стоять не будет. Да я помирать со стояком буду. Воспитывать ее надо, чтобы глупости не болтала. Мелкая совсем. Ладно перед Ольгой, а если бы она перед мужиками такое сказала. Меня бы на смех подняли.

Решено. Проучу ее и целую неделю не буду дома появляться. Пусть посидит одна и подумает о своем поведении. Только вот непонятно, кого я так больше проучу. Ведь я каждый день безумно по ней скучаю, пока дела решаю. Мысли о Машкиной попке мне покоя не дают. Рвануть бы сейчас домой. Нет, решил же, что не появлюсь. А она, наверное, ждет меня. Голенькая в постели. Манкая, сексуальная. Скучаю по ее сладким губам, а как она стонет и умоляет трахать ее жестче и не останавливаться. Зашел, блин, в клинику, до сих пор очухаться не могу. Я так реально подкаблучником стану. Уже зависим от ее прелестей. Член в штанах еле помещается. Я закрываю глаза и чувствую, как в ней тесно и горячо.

— Зевс, ты меня вообще слышишь? — зовет один из моих людей. — Ты о чем сегодня думаешь?

Думаю, что не смогу на целую неделю лишить себя безумно сладкого удовольствия и отказаться от Крохи. Меня же разорвет от недотраха и к левой девке не пойду. После моей медсестричке к шлюхам совсем не тянет.

— Лешего надо приструнить, — создаю видимость, что слушаю его. — Мне не нравится, как он дела ведет. Сгоняй к нему. Поговори с ним пока спокойно, а потом посмотрим. Ну все, свободен.

Открываю телефон, когда остаюсь в кабинете один, а там куча сообщений от Крохи.

Ну все, чувствую, что терпение мое сейчас лопнет. Больше не могу себя сдерживать, пишу Лысому, чтобы вез мою красавицу в клуб. Будем воспитывать.

— Ну чего жмешься в углу? Знаешь, что провинилась, — злится, сигарету прикуривает и швыряет зажигалку на стол.

— Курить тоже вредно. Бросай, — надо как-то тему перевести.

— Я твоих диагнозов уже боюсь, — на мужественном лице показалась маска злости. Поднимается, идет ко мне, грудь часто вздымается. — Ты меня уже в импотенты записала.

Ну подумаешь, ляпнула не со зла.

— Знаешь что? — двигаюсь вдоль стены, пока он, как огромная скала, на меня надвигается.

— Ну что? — рычит на меня, оскалившись. Неужели так шутка про член задела.

— А себя ты виноватым не считаешь? — конечно, не считает. Зевс вообще всегда прав.

— В чем я виноват?

— Притащил в дом бывшую. Разрешил ей на моей кухне готовить блины.

— Мне надо было у нее продукты отнять, пока ты спала? Мне, вообще-то, жрать хотелось, — он вообще не чувствует своей вины.

— Мог бы меня разбудить. Сегодня целый день с ней провел. И чем же вы занимались? Иди к ней и на нее рычи, — пячусь назад.

— Кроха, не беси меня. Пока ты моя женщина, значит и рычать буду на тебя, — огромный, мощный. Нависает надо мной. Каждый раз удивляюсь, как меня не разорвал и не раздавил.

— А больше тебе ничего не надо? — ноги упираются во что-то твердое, и я приземляюсь на диван.