Книга Изменой не считается, страница 71 – Юля Гром

— Зачем я тебе? У тебя бойцы круче меня, — усмехнувшись этой бредовой идее, встаю из-за стола и направляюсь к выходу.

— Ну не скажи. Во-первых, мне от тебя не мышцы нужны, а мозги. Ты же спец в технике, слежке, у тебя информаторы везде. Как ты их вербуешь?

— Я их шоколадками подкармливаю.

— Команду ты классную набрал. Они все не за деньги рискуют, а за тебя и Ермака. Ну и потом, я в тебе преданность собачью за версту чую. Такое качество на вес золота. А в людях я, поверь, не ошибаюсь.

— Ты же сам говоришь, что я преданный человек, значит, и Ермака не оставлю никогда. Так что предложение твое мимо. Прости.

Не услышав ответ, выхожу из кабинета. Спускаюсь вниз. Хочется на воздух. В голове рой мыслей и ни одной спасительной. Сжимаю ладонями виски, но шум в голове лишь возрастает. Я не имею права проиграть эту битву.

— Как разговор с Федором? Он сможет помочь? — подходит Ермак.

— Компромат взял, но ничего не пообещал, — пожимаю плечами.

— Леш, если все так серьезно, мы можем...

— Нет, брат. На мокруху мы не пойдем, — отвечаю категорично. Это даже не обсуждается. — Слушай, мне по делам надо сгонять.

— Ты помнишь, что вечером званый прием? Мы должны быть.

Вот только гулянок мне сейчас не хватало!

— Я постараюсь успеть, но не обещаю, — похлопав брата по плечу, сажусь в машину и мчу в офис к Раевскому.

Секретарша не успевает меня остановить, я танком пру напролом. Тимур дергается от неожиданности. Трусливый сученыш. Такие мужики смелые только на словах.

— Не ждал тебя так скоро, — прищурившись, откидывается на спинку стула. Изо всех сил создает расслабленный и вальяжный вид. Только хреново получается, судя по нервно дергающемуся кадыку. — Так переживаешь, что сразу прибежал ко мне?

— Зачем тянуть? Давай как можно быстрее покончим с этим, — отодвигаю стул, сажусь напротив Тимура.

— С чем «этим»? — между словами делает паузы, приподнимает удивленно бровь. — С отношениями длиною в восемь лет?

Беру со стола фото в рамке. Красивая молодая женщина, две девочки на велосипедах. Красивая картинка. Правильная. Вот только мужик у них неправильный. Рассматриваю несколько секунд, перевожу взгляд на Раевского. Тот напряженно сжимает в руке зажигалку.

— То, что ты держал девочку возле себя угрозами и шантажом, трудно назвать отношениями. Ты угрожаешь посадить ее сестру.

— Это она так сказала? Узнаю свою девочку, — ехидно усмехаясь, внимательно наблюдает мои эмоции.

Хочется крикнуть, какая к хренам твоя?! Я забрал ее давно. Гнев царапает лезвием по сердцу. Но я держу себя в руках, чтобы не показать ублюдку, что ведусь на его пустые слова.

— У тебя другая версия? — спрашиваю холодным безучастным голосом.

— Конечно. Никакого видео, доказывающего причастность Арины к убийству, у меня нет, — пожимает плечами.

— Хм, — складываю руки на груди. Кровь бурлит в венах. — Сказочник ты, Тимур. Я не баба, и мои уши не для лапши.

— Ты ведь у нее такой не первый, — полоснув по живому, он отстукивает пальцами по столу ритм, задевая и так взвинченные нервы.

Я не верю, но все равно в груди начинает зудеть. А что, если… Нет. Агата мне не врала.

— Думал, мы поймем друг друга как мужик мужика. В конце концов — кулаками помашемся. А ты решил продолжать нечестную игру.

Смысла больше слушать его бред я не вижу. Встаю из-за стола, иду на выход. Не получается цивилизованно с ним. Придется собственными методами действовать.