Книга Моя дикая страсть, страница 67 – Юля Гром

Дорога, которая при хорошей погоде занимает минут сорок, сейчас растягивается на полтора часа. В такой ливень гнать по серпантину Иваныч не решается. Заезжаем на территорию коттеджного поселка. Я специально выбирал тихое жилище вдалеке от города, чтобы не привлекать внимания, а сохранить жильцов в тайне. Тормозим у небольшого аккуратного домика. Ждем, пока охранник откроет ворота. Беру из багажника куклу, купленную еще неделю назад, и замечаю тонкую женскую фигуру у двери.

— Наконец-то, — быстрыми шагами подходит ко мне взволнованная Лида. — Врач минут десять назад уехал.

— Пойдем в дом, — слегка подталкиваю ее за плечо. — Что врач сказал?

— В том-то и дело, что ничего. Кроме температуры, ничего у Карины нет, — разводит женщина руки в стороны.

— Давай других врачей привезу. В лучшую клинику положим ее или вообще за границу поедете.

— Не знаю, Лившиц замечательный врач, с огромным опытом. Причин не доверять ему нет, — женщина заметно нервничает, сильнее кутается в палантин.

С тревогой поднимаюсь на второй этаж. Замираю у двери в нерешительности. Набираю в легкие побольше воздуха и толкаю дверь. В комнате с розовыми облаками на обоях горит ночник в виде солнышка. На кровати лежит Карина в пижамке, крепко обнимая плюшевого жирафа, я подарил ей его в прошлый визит. Спит. Мне не придется, глядя в глаза, снова врать ребенку, что я приеду завтра или послезавтра. Провожу по ее черным вьющимся волосам, в очередной раз замечая ее сильное сходство со мной. Даже глаза такого же ледяного оттенка.

Осторожно сажусь на край постели, стараясь не разбудить. Трогаю лоб, температура нормальная. Карина морщит носик и переворачивается на бок. Я сижу и просто смотрю, вдыхаю ее аромат, хочу унести его с собой на руках, волосах, одежде. Чтобы ощущать его еще какое-то время.

Не стану будить дочь, пусть спит и выздоравливает. Кладу на постель куклу, целую дочку в пухлую щечку и выхожу. Застаю на кухне Лиду с Иванычем тихо беседующими.

— Как она? — обеспокоено спрашивает Лида.

— Спит, температура спала, — сняв пиджак, бросаю его на стул, сажусь рядом.

— Лившиц посоветовал показать ее психологу.

— Это еще зачем? Моя дочь нормальная. Не нужны ей психологи. Я не позволю копаться у нее в мозгах, — качаю головой, сжав челюсти.

— Он предполагает, что болезни Карины — это психосоматика. Она очень скучает по тебе и знает, что если она заболеет, то ты сразу же приедешь. Карина сначала притворялась. Но я быстро ее раскусила. А сейчас действительно заболела. Она всю неделю плакала и скучала по тебе, а сегодня температура до 39 поднялась. Я врача вызвала, потом тебе позвонила. Она как только узнала, что ты приедешь, сразу повеселела. И к приезду врача была почти здорова. Представляешь как неудобно, я его из постели ночью подняла из-за ерунды.

— Здоровье моей дочери не ерунда. Я плачу ему огромные деньги, так что можешь его вызывать даже из-за просто чиха, — в моем голосе все больше стали.

— Вот он и предположил, что все болезни в голове. Чем мы только ни болели за последние пару лет. Батур, рано или поздно надо что-то решать. Ребенку нужен отец. Ты нужен Карине, — она складывает руки на груди и смотрит на меня с осуждением.

— Довольно, — слишком резко бросаю телефон на стол, из-за чего Лида вздрагивает.