Книга После развода. Люблю тебя, жена, страница 74 – Елена Безрукова

Я снова попыталась уйти из кухни и буквально пошла на таран, но Егор опять меня не пропустил: сжал мои плечи и доверительно смотрел в мои глаза.

Поздно, милый, слишком поздно.

Я уже шагнула за ту черту, после которой возврата нет.

Этот фарш не провернуть назад.

— Я хотел тебя порадовать, — сказал он мне.

— Зачем? — спросила я.

— Просто хочу. И ещё у меня сюрприз для тебя.

Он достал из шкафа…пинетки.

Красивые. Маленькие. Голубые.

— Я тебя так и не поздравил с новостью о том, что ты готовишься подарить мне ещё одного ребёнка.

— Синие? — подняла я голову на бывшего мужа. Что-то он такой сентиментальный не был в браке со мной. — А если будет девочка?

Егор улыбнулся и открыл другой шкаф. Достал оттуда такие же пинетки, только розовые, и поставил передо мной.

— Всё для тебя и малыша.

Я молчала и не знала, что на это говорить…

Егор предал меня — да. Но сейчас он правда старался…

Только зачем он это всё делает я по-прежнему не понимала.

— Егор, — вздохнула я. — Возможно, ты будешь неплохим папой… Такой сентиментальности к Костику у тебя не было. С возрастом пришло. Но. Жить с нами ты не будешь и мы с тобой обратно не наладим наши отношения. И я бы хотела попросить тебя не приходить сюда, в эту квартиру, как к себе домой. Теперь ты тут не живёшь. Тут живу я, Костя и будет скоро жить наш малыш. Ты можешь приходить к нему в гости, но согласовывая со мной эти встречи. Не нужно делать вид, что между нами всё, как прежде. Это сводит с ума. Ты приходишь в эту квартиру, готовишь тут, словно это по-прежнему твоя кухня. Встречаешь меня с запеканкой и пинетками, словно мы — пара, супруги. Но это давно не так. И ты сам сделал свой выбор. Так почему ты не готовишь свои запеканки для Юленьки? Она что — не ест картошку, на диете?

— Ну вот, — бросил он раздражённо полотенце на стол. — Умеешь ты всё испортить, Нина.

— Я? — усмехнулась я. — У нас специалист в этом ты, Егор. Какой реакции ты ждал от меня после своего предательства? Что я всё забуду и прощу потому что бог нам дал ещё одного ребёнка? Ну и что? Рождение ребёнка не обязывает меня ни к чему: ни к проживанию с тобой, ни к браку, ни к необходимости общаться. Ты не можешь больше приходить сюда, как к себе домой. Мы практически в разводе уже, мы с тобой чужие люди, пойми. Я не хочу от тебя ничего. Ни запеканки твои, ни цветы. Я тебя не хочу в своём доме. Мне Костю попросить опять вмешаться? Чтобы собственный сын выставил тебя отсюда? Что мне делать и как ещё объяснить тебе свою позицию и нежелание общаться с предателем? У тебя есть своя семья и свой ребёнок, вот и заботься о них. А мне это всё, — обвела я рукой грязную после его готовки кухню, — не нужно.

— Вот как ты заговорила, да? — хмыкнул Егор, усаживаясь на стул за столом.

Словно только что не его просили покинуть квартиру. — А чего хочу я ты не хочешь услышать?

Иногда мне кажется, что до него странным образом не доходит половина слов, что я ему говорю. Он их упорно игнорирует. Потому что ему невыгодно по каким-то свои причинам уходить отсюда. В любовь с его стороны я, естественно, не верила, а вот во вторичные выгоды — вполне. Только в чём конкретно они заключались для Егора я понять не могла. Какая-то у него очень странная логика для его квадратной головы, и мне не она, увы, не очевидна.