Книга Две стороны Александрины, страница 158 – Наташа Эвс

— Поздно, мам, — прошептала я, чувствуя тяжелый ком в горле. — Я тоже натворила…

В этот момент меня словно вытянуло из ямы и сквозь дым и густой туман понесло к выходу. И еще показалось, что из тьмы послышался голос мамы: «Простите…»

Очутившись в городке, я поспешила к дому с переходом, и когда встала перед стеной, не задумываясь, шагнула вперед.

Константин и учитель встретили меня, тревожно вглядываясь в мои глаза. Увидев родной дом, я медленно сползла по стене.

— Саша, что с тобой? — бросился ко мне Костя. — Тебе плохо?

— Все нормально, — отрешенно ответила я. — Со мной все нормально.

— Тогда почему ты плачешь? Тебя обидели?

Я провела пальцами по щеке и почувствовала слезы.

— Не знала, что плачу. Я видела маму, воронка впустила меня, а она там… Вся измученная, в темной яме…

— Ты перешла в портал? — удивился учитель. — Не путаешь?

— Это место не спутаешь. Ворота в ад. Мама открыла его в молодости.

— С ума сойти, — вырвалось у Кости. — Это опасно, зачем ты туда пошла, Саша?

— Сама не знаю. Меня потянуло на ту сторону, а там осталась лишь картинка, жителей нет, все живое застыло. Никого нет. Потом я пришла к воронке, она открылась, остальное вы знаете.

— Агата там? — нахмурился Тоши Кимура. — Она что-нибудь говорила?

— Просила меня уйти оттуда и бежать. А куда же я убегу теперь. Я уже подписала себе приговор. И судьбе своего сына обеспечила кошмар. А вместе с этим — всем людям.

— Отец Адриан говорит, что нет ничего постоянного, что судьбу можно изменить молением к Создателю, — добавил мужчина.

Услышав это, Константин презрительно усмехнулся, но промолчал.

— Мамочка моя… Бедная… Как ей там плохо. Это страшное место, тошнотворное, сковывающее разум и тело. А я ждала ее дома, так ждала… Потом искала, попала в этот капкан. И маму не спасла и всех нас погубила.

— Саша, пойдем отсюда, — потянул меня Костя, — пойдем, мы что-нибудь придумаем. Надо продуктивно размышлять и действовать.

Поздно вечером в мою комнату постучал Тоши Кимура, за ним вошел Константин.

— Я разговаривал с отцом Адрианом по поводу твоего последнего перехода, — сказал мужчина. — Ты вошла туда после причащения, неся в себе частицу Бога и благословение, поэтому никто из них не посмел к тебе подойти. Ты видела просто проекцию, но дурманящие вещи пропали, ни запахов, ни звуков, ни людей. Портал послушал тебя по той же причине, и ты легко перешла дальше через адские врата. Но лучше так не делать, это рискованно, тебе повезло, что несколько часов назад ты приняла Святые Дары, поэтому все обошлось.

* * *

*епитрахиль — деталь облачения священника

Мое ожидание конца затянулось. В один из дней была намечена поездка в больницу на УЗИ плода, и Константин снова поехал со мной. Врачи, как и в прошлый раз, советовались вполголоса, делая озадаченные лица, и повторили диагноз с обратным расположением органов, прибавив странности с кровеносной системой. Но последнее можно проверить только после рождения.

Шли дни, я оставалась собой, мучительно ожидая сигнала с той стороны. Моя внутренняя сущность претерпела трансформацию во взглядах на жизнь, на ее ценности. Я начала понимать, какую роль могу сыграть для близких, для города, для мира — как бы глобально это не звучало.