Книга Сломанные крылья, страница 9 – Марина Безрукова

И если до этого момента Лана еще пыталась разделить свое отношение к нему как к мужу и как к отцу ее детей, то теперь она окончательно поняла, что этого человека никогда больше не будет в их жизни. Даже как отца. Тем более Сергей ей как-то сказал: «Если ты разведешься со мной, я перестану общаться с Катей». Лана даже не поняла: причем тут дочь? Ведь тысячи людей разводятся, но отцы продолжают общаться с детьми. Но теперь вот таким доступным способом он, по сути, объяснил ей — или она сохранит брак с ним, и он в этом браке будет делать, что хочет. Или он и детей вычеркнет из жизни. Лана без сил прилегла рядом с Кирюшкой. Все было неважно. Главное, дети здоровы и рядом, а все остальное как-то наладится.

Утром решила садик пропустить. После всех волнений они крепко проспали всю ночь, но вставать так рано и будить дочку Лане не захотелось. За окном понемножку начинало светать. Хотя время уже приближалось к десяти часам. Январь, север, солнце встает поздно. Самое тяжелое время — осень и зима, когда мучительно хочется спать, а день пролетает как один миг и темнеть начинает уже в пять вечера.

Когда на свет появилась Катюшка, а это был ноябрь, Лана просто падала с ног от недосыпания. Она наделала много ошибок с рождением дочери. Во-первых, доверилась врачам, и они убедили ее стимулировать роды. Только потом Лана поняла, что не надо было этого делать. Мало того, что после стимуляции Катюшка родилась в неправильном положении, так еще и была абсолютно незрелой и неподготовленной к появлению на свет. Было видно, что еще некоторое время ей надо было побыть внутри, как минимум неделю. Девочка была очень неспокойной и совершенно не спала. Помощи не было никакой. Муж по ночам не вставал, а Лана как сомнамбула бродила по комнате, пытаясь укачать дочку. Молока было очень мало, но Лана, наслушавшись советов, не кормила по требованию, а выдерживала промежуток ровно три часа. Катюша была очень худенькой, бесконечно плакала и засыпала только на улице, во время прогулки. Лана гуляла и гуляла, сама при этом стала похожа на бледную зеленую тень. Лане казалось, это не закончится никогда.

Была и еще одна ее большая ошибка. После рекомендаций на дородовых курсах, Лана не стала использовать памперсы. Надевала их только на прогулку, а все остальное время — пеленки, даже ночью. Особенно тяжело было вставать к Катюшке в четыре часа утра. Это было то глухое время, когда организм просто отказывался подчиняться разуму и инстинкту.

Услышав плач дочери, Лана как зомби поднималась с дивана и, ничего не видя перед собой, шла к кроватке. Однажды она вытащила Катюшку и положила ее на стол, чтобы перепеленать. Тело просто мотало из стороны в сторону. А Катюша плакала и плакала, не унималась. И тогда в душе поднялась дикая и мощная волна раздражения. Лана смотрела на красное лицо дочери, морщилась от ее безудержного крика и еле сдерживалась от того, чтобы не схватить ребенка и не ударить об стену. Лишь бы она замолчала. И дала поспать. Это состояние длилось долю секунды. И сразу же исчезло. Но Лана испугалась до ужаса, потому что и представить себе не могла, что может причинить вред дочери.

С Кирюшкой же всё было проще. Лана кормила его грудью по требованию, использовала круглосуточно памперсы, спала с ним рядом, просто перекладывая его от одного бока к другому. Таким образом, она высыпалась, даже если ночью ей приходилось укачивать сына. И он рос более спокойным, чем Катюша. Вот и сегодня, к счастью, включился разумный эгоизм, и Лана не стала совершать подвигов, предпочитая остаться в теплой постели и не дергать сонную дочку. Они спокойно позавтракали и стали собираться на прогулку, когда в дверь кто-то позвонил.