Книга Сердце в огне, страница 102 – Марина Безрукова

— Здравствуйте, — всё же решила поздороваться она.

Старушка на ходу кивнула и ушла за занавеску, отделяющую одну часть комнаты от другой.

— Это тетя Саня. Не пугайся, она только с виду такая, — сообщил Михаил шепотом, подняв в воздухе сжатый кулак.

Женя завороженно смотрела на огромную ручищу. Мелькнула мысль, что в прошлом, Михаил запросто мог бы быть кузнецом. Или богатырем. Так и представляется на коне и с булавой.

Из-за рябой занавески снова явилась миниатюрная фигурка тети Сани. Она ловко, не хуже заправской официантки, удерживала в руках тарелку с оладьями, маленькие блюдца и пузатую баночку, закрытую бумагой. Не глядя на своих посетителей, принялась сноровисто расставлять угощенье на столе. Волосы она успела заплести в длинную, словно выбеленную, косу. И снова показалось, что там, за занавеской, у тети Сани находится салон красоты, так хорошо смотрелась ее простая прическа. Женя залюбовалась. Лицо женщины осталось свежим, и даже морщины нисколько его не портили. «Наверное, в молодости она была настоящей красавицей!» — восхитилась Женя. Несмотря на всю строгость и неразговорчивость, тетя Саня ее не отталкивала, хотелось смотреть на нее и смотреть.

— Сколько же ей лет, — едва слышно спросила Женя.

— Восемьдесят семь, — не поворачиваясь, ответила тетя Саня.

Женя покраснела и машинально принялась теребить кудряшки, прикрывая ими разгоревшийся от смущения шрам. Сердито посмотрела на Михаила: хоть бы выручил, спас из неловкого положения. Но он лишь безмятежно поглядывал по сторонам, как будто ничего не происходило.

— Чего застыли? Садитесь! — буркнула хозяйка избушки и снова исчезла за занавеской.

Женя осторожно села на скамью. Михаил переставил от печки чайник и две пузатые кружки, потом коротко взглянул и вытащил откуда-то сверху плоские подушки, которые заботливо подложил Жене за спину. Она удивленно проследила за ним, поерзала, действительно, стало удобнее. От ситцевых наволочек исходил слабый цветочный аромат. Женя с любопытством пощупала подушки, внутри что-то захрустело, и она догадалась, что они наполнены сушеной травой. Тетя Саня словно растворилась. Из-за занавески не доносилось ни звука. Только громко стучали ходики на стене.

— Это столовая для гостей? — спросила Женя.

— Нет, — широкая светло-зеленая струя чая полилась из носика в кружки. — Это царство тети Сани. Сюда без спросу нельзя. Гости сами готовят. В домиках. Я сразу предупреждаю, что у нас условия спартанские. Не пять звезд «всё включено». Зато здесь много такого, чего ни у кого больше нет.

Рассказывая, Михаил цеплял вилкой оладьи и перекладывал их в тарелки. Женя завороженно смотрела на румяную корочку, представляя, как сейчас вопьется в нее зубами. Пришлось даже втянуть живот посильнее, чтобы Михаил не услышал, как утробно буркнуло у нее внутри.

— Вот ты, например, спала когда-нибудь на ульях? Бери варенье, — без перехода предложил он.

— На улье? Зачем? Я же не люблю сладкого, ты забыл?

— Да ты попробуй, а потом говори! — раздалось из-за занавески.

Женя не выдержала и рассмеялась, так неожиданно прозвучал голос тети Сани. Непонятно только, что она советовала попробовать, то ли спать в окружении пчел, то ли варенье лопать и не привередничать. А может, и то, и другое.

Михаил взглянул с прищуром и, открыв баночку, подвинул ее ближе к Жене.