Книга Роковая измена, страница 75 – Марина Безрукова

Тася открыла глаза и еще некоторое время лежала неподвижно, прислушиваясь к легкому звону посуды на кухне и запаху гренок, которые с таким удовольствием готовила Варвара Аркадьевна к завтраку.

Тася улыбнулась: лентяйка. Она знала, что хозяйка уже давно проснулась, держась за спинку стула, выполнила неизменные па и протерла лицо, шею и декольте кубиками льда. Сейчас Тася выйдет из комнаты и увидит прямую спину в кипенно-белой блузке, высоко забранные седые волосы и нетерпеливо постукивающий невысокий каблучок черной туфли.

Тася потянулась, встала и заглянула в зеркало. Под глазами были едва заметные тени, но в голове вихрем кружились новые мысли и надежды, как будто жизнь заиграла яркими красками.

С удивлением Тася обнаружила, что в этом предвкушении нового есть всё: поиск и покупка жилья, милые сердцу уютные мелочи, которыми она заполнит свой и только свой дом, новоселье, куда придет Светка с мальчишками и суровым Валентином Петровичем, и приедет Варвара Аркадьевна с чудесным старомодным подарком, много всего…кроме Вадима.

На всякий случай прислушалась к себе снова и даже произнесла вслух, по слогам: Ва-дим. Последняя буква долго дребезжала на губах. Тихо. Ничего. Пусто. Тася улыбнулась своему отражению, взъерошила волосы и побежала рассказать радостные новости хозяйке дома.

* * *

После встречи с Тасей настроение у Вадима улучшилось. — «Черт с ними с этими деньгами, как пришли, так и ушли», — думал он, барабаня пальцами по рулю в такт музыке. — «Главное, Таська поплыла, не устояла», — самодовольная улыбка появилась сама собой.

Теперь можно при случае попросить ее сказать пару добрых слов и при шефе. Разумеется, продавать квартиру он не собирается. Это так, для красного словца. Зато, какое восхищение вспыхнуло в глазах бывшей. У этой дурочки всегда в голове были романтические представления о жизни. Неслучайно мрачное повествование Достоевского так привлекало его жену. Принести себя в жертву ради мужчины — это так возвышенно. А еще и если отказаться от родных и быть готовой к всеобщему осуждению и даже изгнанию — вот это катарсис для души.

Никогда Вадим не понимал таких убеждений, но в женщинах их приветствовал. Это ему льстило. Другое дело, что женщины, столкнувшись с его себялюбием, не готовы были жертвовать собой, и даже наоборот, начинали требовать жертв от него. Приходилось расставаться.

А потом появилась Тася. И начала его слепо боготворить. Сотворила из него даже не кумира, а идол. Душила своей любовью, утомляла, бесила, но…надо сказать, теперь этих ощущений недоставало.

Поэтому Вадим был не прочь заново возродить и отреставрировать свою любимую фигуру — треугольник. Только поменять женщин местами. Алёна станет его законной супругой, а Тасю он будет придерживать, как верную свою обожательницу. На всякий случай.

И потом, так приятно осозновать, что где-то совсем рядом есть человек, который снимет последнюю рубашку ради тебя, и как преданная собачонка будет терпеливо ждать у двери. С Тасей можно поговорить по душам, пожаловаться, Алёна ничего этого не понимает. Делишься с ней переживаниями, а она сидит с пустыми глазами и думает: надо записаться на маникюр.

Вадим так расслабился, что не заметил, как красный свет сменился зеленым. Загудели нетерпеливо машины. На удивление он остался спокоен, не торопясь, он нажал на педаль газа и снова погрузился в размышления.