Книга Цвет греха. Чёрный, страница 140 – Александра Салиева

«Вряд ли» — отвечаю, как есть.

Да и что я там забыла?

Ничего.

Вот и прячу телефон обратно в карман, на все последующие посыпавшиеся от неё сообщения оставшись непреклонно равнодушной. Тем более, что к этому моменту моё пожелание о чашке кофе оказывается выполнено. На то и отвлекаюсь. Как и на тот факт, что за окном появляется машина Ширин. Девушка не особо заботится симметрией и аккуратностью своей парковки. Вылетает из-за руля, спешно направившись в дом. В дверь колотится с такой силой, словно происходит катастрофа. А как только ей открывают, чуть на ровном месте не запинается, шумно и тяжёло дыша, в последний момент притормозив на границе между гостиной и кухней, завидев меня.

— Доброе утро, — не забывает о вежливости, но терпением не отличается. — Где он?

— В кабинете. Разговаривает по телеф… — указываю пальцем нужное направление.

Не договариваю. Не успеваю. Помощница Адема Эмирхана спешно кивает и несётся дальше в указанную сторону ещё до того, как я заканчиваю свои фразы.

— Торопится очень, видимо, — натянуто улыбается на это Сема, подсовывая мне к кофе печеньки с цукатами.

Зная Ширин, неоспоримо.

— Видимо, — соглашаюсь я с ней на свой лад.

К печенькам не прикасаюсь. Хотя очень хочется. Я вообще люблю всё подобное, и, кажется, наш немножечко коварный повар об этом давно в курсе. Хочу сохранить аппетит для обещанного завтрака. Но то я. Довольно скоро вернувшаяся обратно Ширин на такое же предложение охотно кивает, прежде чем расположиться рядом со мной.

— Что-то произошло? — не могу не спросить у неё.

— Да, — кивает она. — Нет, — тут же отрицает, а следом уныло вздыхает. — Ничего такого, — заверяет меня. — Просто из мэрии звонили. А господин Эмирхан не отвечал. Я чуть с ума не сошла, не зная, что им сказать, с учётом, что этот разговор давно запланирован. И важен.

Теперь настаёт мой черёд уныло вздыхать.

И кусать печеньку…

Чтоб ей же чуть не подавиться!

— Как прогулка на катере? — деловито любопытствует Ширин.

— Какая прогулка на катере? — переспрашиваю непонимающе.

Тут же язык себе прикусываю. Да только поздно.

— Прогулка, которую я для вас организовала в Бремене и сдвинула всё двухдневное расписание на сегодняшний день, — кривится Ширин. — И которая, видимо, не состоялась… — заканчивает гораздо тише, себе под нос.

И о которой я не в курсе, угу.

Зато теперь мы все об этом знаем.

Вот же…

Неловкость — скоро будет моё второе имя!

Хорошо, хозяин дома возвращается из своего кабинета и обсуждение себя моментально исчерпывает. Ширин, завидев начальство, допивает кофе практически залпов, подскакивая на ноги.

— Едем, да? — уточняет у него.

— Позже, — отвечает он.

Не на неё. На меня смотрит.

Что я там про неловкость думала?

Вот где действительно неловко.

Особенно, если вспомнить, что у кое-кого из-за меня теперь настолько плотное расписание, что ни на какие совместные завтраки и обсуждения уж точно времени нет.

— Мы и так опаздываем, — подтверждает мои последние домыслы Ширин.

Становится совсем совестно.

— Позавтракаем… в обед? — единственное, с чем я нахожусь. — Или вечером.

Опекун не отвечает. Но одаривает самую болтливую из нас таким многозначительным взглядом, что помощница не только больше никуда не торопится, но и вообще кажется, дышать перестаёт, втянув плечи.