Книга Цвет греха. Чёрный, страница 157 – Александра Салиева

Сказала бы я, с чем ему самому придётся смириться в таком случае, но он и сам всё прекрасно знает. Вот и молчу. По этому поводу. Замечаю другое:

— А что, кроме нас тут никого нет? — оглядываюсь по сторонам.

Не просто ведь посмотреть пришли? Если так, то очень жаль, ведь экипажа яхты тут действительно нет.

— А тебе нужен кто-то ещё? — встречно интересуется мужчина.

— Нет, просто… — повторно качаю головой.

Дальше не договариваю. Не очень красиво с моей стороны ко всему прочему ещё и выпрашивать прогулку на этой красавице. Да и не требуется.

— Ты случайно не забыла, чем я зарабатываю на жизнь? — усмехается совладелец громадного судостроительного холдинга.

— Не забыла, — тушуюсь я.

Или забыла?

Слишком переволновалась, вот и забыла.

Да и одно дело — управление корпорацией с самой верхушки дорогущей кабинетной обстановки, совсем другое — быть капитаном.

Или в этом я тоже не права?

Не права.

Очень скоро я убеждаюсь в последнем. Сразу, как только я оставлена на палубе, а Адем Эмирхан самостоятельно справляется со всем необходимым, чтобы я могла насладиться плеском разбивающихся о борт волн и солёным привкусом ветра среди водных просторов. Не так уж и далеко от береговой линии мы отплываем, когда яхта замедляет свой ход, а затем и вовсе останавливается. Но мне и этого достаточно. Даже более чем. Едва ли длительное путешествие способно заменить то тепло, что дарят обжигающие объятия вернувшегося ко мне мужчины. Он останавливается за моей спиной практически вплотную. Глубоко вдыхает, уткнувшись носом мне в шею, прижимает к себе крепче.

— Обожаю твой запах, — шепчет едва слышно.

Отпускаю перила ограждения перед собой и перекладываю свои руки поверх его. Наверное, я должна что-либо ответить, но у меня не хватает слов, чтобы передать всё то, что витает в моих мыслях. Да и не нужны они ему вовсе. Ощущение его губ, скользящих по моему плечу пробуждает куда больше ощущений для нас обоих. Я почти задыхаюсь от той нежности, с которой он дарит мне каждый новый едва осязаемый поцелуй.

Очень тонкая грань…

Рушится очень скоро. Почти невинные поцелуи быстро перерастают в куда более откровенные и требовательные, порождая мириады соблазнительных мурашек по всему моему телу. И уже я сама тянусь навстречу тому, кто пленил моё сердце, забрал мою душу и присвоил рассудок. Хочу быть ещё ближе.

Разве что…

— Мы же не… — выдавливаю из себя едва слышно, разворачиваясь к нему лицом. — Прямо здесь…

Не уверена, насколько правильно он меня понял, но лично я, кажется, вполне уверена в том, что будет дальше, ведь то, что упирается в моё бедро, не оставляет никаких сомнений в его намерениях, как и последующий жадный поцелуй, захвативший мои губы и остатки здравомыслия.

— Если ты свято веришь, будто я хочу тебя только в пределах нашей спальни, прямо сейчас прощайся с этой мыслью, — подтверждает мужчина.

Но, вопреки всему, прекращает. Останавливается, обхватив ладонями моё лицо, и вынуждает запрокинуть голову, глядя в беспроглядно чёрный взор напротив.

— Я хочу чтобы ты была моей всегда. Каждое мгновение. Где угодно и когда угодно. Всегда, — произносит тихо, но весомо. — Запомни. Никогда не забывай, девочка моя.

Не имею ни малейшего понятия, почему каждое его слово остаётся во мне до такой степени глубоко и сильно, что становится сложно дышать, отзывается чем-то тяжёлым и острым в районе солнечного сплетения, будто раскалённое клеймо там теперь стоит. Я открываю рот, стараюсь заново вдохнуть, выдавить из себя хотя бы звук, но на деле не могу произнести ровным счётом ничего. Зато чувствую, как по щекам почему-то скатываются слёзы. Он подбирает их большими пальцами. Дарит невесомые поцелуи в уголок глаз. Заново притягивает к себе, крепко обнимая, фактически впечатывая в себя.