Онлайн книга «Цвет греха. Чёрный»
|
Хотя, надо признать, я почти получаю некоторое извращённое удовольствие, пока всё это время нагло смотрю ему в лицо. Особенно, после того, как мужчина заметно прищуривается, а его ладонь на крыше автомобиля сжимается в кулак. Так тебе и надо, Адем Эмирхан! Будешь знать, как смущать меня… Глава 18.2 Ещё бы он сам всем этим смутился, прошло бы вовсе замечательно. Да только когда с ним было настолько легко? Не бывает. Вот и в этот раз — всё то же самое. — Ладно, если ты так считаешь, — с лёгкостью соглашается мужчина. С чем именно он соглашается, до меня доходит не сразу. Приходится сперва уточнить: — Ладно? — переспрашиваю тихонько. Ладно — в том смысле, что разговор исчерпан? Или же… Нет, конечно! — Хочешь, чтобы мы поехали в аптеку, поедем в аптеку, — пожимает плечом опекун. Да с таким видом, словно и в самом деле нет ничего такого ненормального в его предложении! Опять издевается надо мной, в общем. Вот точно… Мстит! А я… Млин, когда и как я докатилась до такой жизни?! Уж лучше бы мы его стояк и дальше обсуждали. Но нет же! Разумеется переводить тему обратно я не стану. Да и сам мужчина продлять полемику не собирается. Помогает мне устроиться на пассажирском сидении, не менее издевательски заботливо пристёгивает меня ремнём безопасности, захлопывает дверцу с моей стороны, обходит машину с капота и сам устраивается за рулём. Каждое из этих мгновений кажется сущей пыткой. Разум вновь старается судорожно сообразить, как бы справиться с очередной непосильной задачей, и опять ничего путного на ум не приходит. Разве что повторить ещё разочек? В смысле, отвлечь его. Чем на этот раз? Да хотя бы… — Научишь меня водить машину?! — срывается с моих уст прежде, чем автомобиль двигается с места. Так и не двигается. А мне, кажется, всё же удаётся хоть чем-то удивить непробиваемого на эмоции Адема Эмирхана. Возникшая пауза разбавляется его пристальным взглядом, пока он рассматривает меня, о чём-то призадумавшись. — Что, прямо сейчас? — уточняет по итогу. Тогда, когда я в узком платье? Ну, разумеется… — Почему нет? На что не пойдёшь, лишь бы не пришлось снова краснеть от неловкости, да ещё и перед многочисленными посторонними. Ещё бы это срабатывало именно так, как я предполагаю. Но ведь нет. Не тогда, когда у бывшего мужа моей матери на этот счёт есть своё мнение. — Хорошо, — подозрительно охотно соглашается со мной опекун. — Но при одном условии. Где-то здесь определённо будет подвох! Так и чувствую. Потому и интересуюсь настороженно: — И что за условие? На чужих губах расцветает снисходительная насмешка. От неё одной моё сердце начинает снова биться гораздо чаще и громче. Неспроста. Он ведь теперь не просто смотрит. Придвигается максимально близко, насколько это возможно с учётом нашего местоположения. Вытаскивает из кармана ключ от машины. Его-то и протягивает мне на раскрытой ладони, вместе с тихим и вкрадчивым: — Отблагодаришь меня также, как совсем недавно, ещё раз, Асия? Ритм собственного сердцебиения пропускает удар. И снова бьётся так бешено, будто в последний раз и сходит с ума. Мне стоит больших усилий, чтобы перевести внимание с лица мужчины на то, что он мне вручает. Взять его — равносильно согласию. Отблагодарить его, то есть обнять, и… не только. |