Онлайн книга «Цвет греха: Алый»
|
Но что я могу? Устроить истерику? Да уж, здоровенные незнакомые шкафы с автоматами и в масках – позабавятся. А Кай – разозлится. И тогда… Даже страшно подумать! Ведь Тео среди них нет. И трубку он так и не берёт! Зараза… Экран тоже тухнет. Гудки замолкают. Полицейские… Заканчивают своё дело. Там, под проливным дождём, сквозь который я вижу, как они грубо и бесцеремонно заводят ему руки за спину, цепляют наручники, зачем-то низко склоняют голову, а потом что-то высказывают… долго и дотошно, с расстановкой, пока моё сердце сжимает сожалением, а также очередной виной. Да, я ведь и в этом виновна. Я это устроила. Передав записку с соответствующими инструкциями… Чтобы вернуть счёт. Восстановить справедливость за отца. Справедливость, которая, как оказывается, и не существует вовсе. Никогда её не было. С самого начала. Только ложь, боль и мрак. Кай… Самое худшее, не я одна это осознаю. У меня не остаётся никакой дополнительной возможности всё рассказать ему самой, признаться, объясниться и покаяться. Едва человек в маске и бронежилете заканчивает свою длинную речь, тот, кто закован в наручники, вдруг дёргается. Мне навстречу. Конечно же, ему не удаётся ничего большего. Но даже с такого расстояния между нами я чётко различаю тёмный, пронизывающий, полный предельного осознания и ярости взор. Ему предъявлено обвинение. И подкреплено оно… Мной. А он меня ни за что не простит! Иначе не смотрел бы на меня так – с лютым неуёмным бешенством, наполненным даже не обещанием будущей расправы, лишь – колючей ледяной пустотой. Ничего иного ко мне у него не осталось. Даже после того, как его силой уводят, запихивают в машину, на заднее сидение, не перестаёт так смотреть. Автомобиль проносится мимо, и полминуты не проходит. А я… я остаюсь одна. Глава 28 Кай Бетонная клетка четыре на четыре. Три надзирателя с автоматами, как вкопанные, замершие у стены. Два часа ожидания, с тех пор, как меня, подобно нашкодившему мальчишке, забирают прямо с улицы, на глазах той, кто, по всему выходило, именно на такой итог и рассчитывала, а потом везут в укромное место, не чета обычным местам проведения допроса. И вот он… Тот один-единственный, кто решается начать расхлебывать эту кашу. — Итак, я – старший лейтенант Хорн, – заходит в комнатушку со стрёмной вентиляцией, едва уловимо морщится, поведя носом, полицейский в новенькой униформе. – Начнём? Ещё бы он не морщился. Не знаю, какого бомжа или алкаша тут держали до моего прибытия, или кого тут недавно прикончили, но воняет похуже, чем в псиной конуре. — Начнём, раз уж пришёл, старший лейтенант Хорн, – отзываюсь, типа поудобнее откидываясь на стул, к которому меня приковывают те же два часа назад, заведя мои руки за спинку из металлических прутьев, к ним же пристегнув наручникам. Да, делаю вид, что мне ровно. Так оно и есть, по сути… Какой смысл тут перед ними расшаркиваться? Точно знаю, мои братья меня тут не оставят. И не из таких заварушек мы друг друга вытаскивали за все годы, что вместе. Если повезёт, и сам справлюсь пораньше… Тем более, что на мой ответ полицейский нездраво оживлённо усмехается. В его руках – внушительная папка. На меня. А значит, нам есть чем заняться, не просто так повыпендриваться и попытаться опустить меня “с небес на землю” он сюда заявился. |