Книга Подарок для шейха. Жестокая сказка, страница 18 – Анастасия Сова

Меня почему-то передергивает от этой мысли.

А они перешептываются, пряча улыбки за вуалью, закрывающей нижнюю часть лица.

Но я все равно чувствую, что в их взглядах присутствует не только любопытство, но и откровенная неприязнь.

Меня словно зверюшку выставили на потеху местной публике.

И среди них вижу и Надиру.

Она сидит чуть в стороне, на отдельном, более крупном диванчике, что только подчеркивает статус главной жены шейха. В мою сторону Надира принципиально не смотрит, но я все равно помню ее слова, все до единого.

Здесь хватает и мужчин-арабов в белых одеждах и стражников, стоящих по стойке «смирно» вдоль стен.

В самом углу, в тени от колонны, замечаю Марьям.

Женщина не сводит с меня глаз, а когда наши взгляды встречаются, качает головой, как бы напоминая, что советовала мне не наделать глупостей и воспользоваться ее советами.

— Госпожа, ваше место рядом с Повелителем, — слышу позади тихий голосок Авы.

Оборачиваюсь, но девушка словно растворяется в пространстве, а я возвращаю свой взгляд на зал, и теперь замечаю самого шейха Амина.

Он тоже сидит на диване, но будто бы более удобном, обложенном расшитыми золотом подушками.

А еще несколько больших подушек расстелены прямо на полу сбоку от его ног. Я почему-то сразу понимаю, что это место приготовлено для меня.

Амин замечает это осознание на моем лице, потому цинично усмехается.

Сейчас Повелитель не одет в парадные одежды. На нем лишь белая кандура, что безупречно сидит на нем и подчеркивает ширину размаха плеч и мощь мускулистого торса.

Он красив этой опасной, первобытной красотой хищника, который знает, что ему принадлежит все в поле его зрения.

Страх сковывает меня. Что сейчас будет? Зачем он привел меня сюда, на всеобщее обозрение? Чтобы окончательно унизить?

И в этот момент боковая дверь открывается, и в зал вталкивают еще одну фигуру.

Аня

Он идет, пошатываясь.

Каждое движение наполнено страхом.

Его когда-то дорогой, а теперь помятый халат висит на нем мешком. А про опущенную голову и сгорбленные плечи даже говорить не надо.

Мое сердце замирает, а потом начинает стучать с новой, бешеной силой.

Я узнаю его. Это несложно. Ахмад. Хозяин отеля. Тот самый человек, чья власть над моей жизнью когда-то казалась мне абсолютной. Тот, кто дал мне пощечину и отдал шейху, как вещь.

Но сейчас в нем не наблюдается и следа той властности.

Он выглядит жалким, испуганным, раздавленным.

Его глаза, полные ужаса, теперь бегают по залу, цепляются за лица присутствующих, на мгновение останавливаются на мне, и в них я читаю немой вопрос и отчаянную мольбу.

Ахмада подводят к центру зала, к тому самому месту, где сидит Амин.

Мой бывший кредитор тут же падает на колени, а его тело сотрясает крупная дрожь.

Я такого не видела никогда, правда.

Правитель внимательно, но будто бы лениво, смотрит на Ахмада.

Во взгляде читается холодное презрение, будто тот — не человек, а жалкое насекомое.

— Ахмед ибн Гаяр, — голос шейха режет внезапно воцарившуюся в зале тишину. Он такой спокойный, ровный, словно Амин совсем н гневается. Но звучит это в тысячу раз страшнее. — Ты же знаешь, почему тебя привели сюда?

Шейх произносит свои слова на английском, видимо, чтобы я тоже могла уловить их суть.

Господи Ахмед что-то бормочет, прижимаясь лбом к ковру.