Книга Подарок для шейха. Жестокая сказка, страница 43 – Анастасия Сова

Сначала кажется, что бесполезно. Шейх не отвечает. Но через мгновение его рука медленно, почти нехотя, убирается.

Странно, но там, где она лежала, все еще остается ощущение жара и странная, физическая пустота.

Амин поднимается первым, я разворачиваюсь.

Его силуэт вырисовывается на фоне светлеющего входа.

Шейх отряхивается, и с него сыплется песок. Очередное напоминание, как он закрыл меня собой от бури.

— Вставай, — подает мне руку.

Смотрю на его ладонь. Это та самая. Я ненавижу ее! Ненавижу его…

И сейчас я хочу быть самостоятельной хоть в чем-то. Упираюсь в камень и с трудом поднимаюсь на дрожащие ноги.

Мы выходим из пещеры. На свет.

Мир, который я вижу, изменился. Очертания барханов сглажены, теперь они более однородные и гладкие.

Воздух все еще немного мутный, но уже можно дышать. Солнце, бледное и беспомощное, пробивается сквозь пелену.

— Мы пойдем на запад, — сообщает Амин мне совершенно бесполезную информацию. Я не ориентируюсь здесь, да и вряд ли когда-то смогу.

Для меня пейзаж вокруг — одинаковый по всем сторонам. Я бы умерла здесь. И теперь, получается, обязана Амину жизнью.

— Город совсем недалеко. Нас заберут преданные мне люди.

Неважно. Все это неважно.

Амин достает небольшой телефон с кнопками. Такие были, когда мобильные только появились, видела на картинках в интернете.

Странно, почему шейх пользуется таким… Но, увидев антенну, я сразу все понимаю. Он собирается связаться со своими людьми через спутник.

Мы идем не менее получаса (хотя по ощущениям проходит еще одна маленькая жизнь) прежде, чем навстречу замечаем несколько пыльных внедорожников.

Амин помогает мне разместиться на заднем сидении. Его помощники предлагают мне воду и влажные салфетки, чтобы протереть лицо.

Дорога назад проходит в гробовой тишине.

Амин сидит рядом со мной, отдавая тихие, четкие приказы водителю на арабском.

Он — снова Шейх. Повелитель. Господин. Тот, чья воля — закон. Между нами в роскошном прохладном салоне — целая вселенная.

Амин смотрит что-то в планшете, я гляжу в окно, на пейзажи, что практически ничем не отличаются друг от друга.

Только когда вдалеке показываются знакомые очертания дворцовых стен, шейх откладывает планшет.

— Ты вернешься в свои покои, — говорит он на английском, не глядя на меня. — Врач осмотрит тебя. Ты будешь отдыхать. Есть. Набираться сил.

Понимая, видимо, что я могу воспротивиться, добавляет:

— Это приказ.

— А потом? — вырывается у меня вопрос, прежде чем я успеваю его обдумать.

Он медленно поворачивает ко мне голову. Его глаза, все такие же темные и непроницаемые, изучают мое лицо.

— А потом я решу, что делать с тобой дальше.

Аня

Машины въезжают в ворота дворца. Охранники замирают по стойке «смирно», когда внедорожники прокатываются мимо них.

Когда оказываемся у самого входа, вижу, что наш кортеж встречает взволнованная Марьям и еще несколько слуг мужчин.

Амин выходит первым, но не чтобы открыть мне дверь, как это принято у нормальных русских мужчин. Он проходит вперед и, не оглядываясь, бросает через плечо Марьям:

— Отведите ее в покои. Никого не впускать и не выпускать без моего личного приказа. Охрану утроить.

Потом он поворачивается и смотрит на меня через открытую дверцу машины. Его взгляд скользит по моему лицу, по платью, которое знатно поистрепалось, и в его глазах на мгновение мелькает что-то… сложное. Не гнев. Не желание. Усталость? Что-то вроде… тяжелой ответственности.