Книга Незабываемая Лола, страница 36 – Мэри Блум

— Зачем ты это делаешь? — тихо спросила она, поборов желание коснуться его вновь. — Ведь тебе же больно…

— Не хочу, чтобы больно было тебе, — ответил он. — Где комната твоей сестры?

Дверь в спальню Лили была приоткрыта, и они осторожно проскользнули внутрь. Их встретил полный беспорядок — такой же, как и тот, который, как казалось Лоле, царил у сестры в голове. Кровать была не заправлена, прямо на одеяле валялись тюбики от помады и туши, по всем углам была разбросана одежда, и даже на подоконнике что-то лежало. Оставалось загадкой, что Лили хранит в шкафу. Без труда Лола различила в куче вещей свою любимую блузку, рукав которой тоскливо выбивался наружу, словно прося о помощи. В любой другой ситуации ее бы это рассердило, а сейчас было безразлично.

Сестра в пижаме сидела за ноутбуком и, таская одной рукой чипсы, другой стучала по клавишам. Стол был густо покрыт мелкими крошками, на экране слоями копилась пыль — так что на ней даже можно было написать свое имя. Но, подумав об этом, Лола вспомнила не читаемые для всех надписи на парте и стене. Никто теперь не сможет разобрать ее имя, так что и смысла его писать тоже больше не было.

Эван аккуратно положил коробочку на стол — прямо между открытой пачкой и корпусом ноутбука. И когда Лили в очередной раз потянулась за хрустящими чипсами, она заметила блестящий подарок. Клавиатура тут же была забыта, и ее пальцы с любопытством потянули ленточку.

— О! — раздался восхищенный вздох. — Откуда это?..

Коробочка упала на пол, и, даже не заметив, что внутри осталась открытка, Лили нацепила браслет на руку. Лола тяжело вздохнула, и, быстро наклонившись, Эван вытащил открытку и бросил прямо на клавиатуру. Лицо его перекосило как от резкой зубной боли, но тишину он не нарушил.

— Возьми же открытку! — вскрикнула Лола, глядя на увлеченно рассматривающую браслет сестру.

Вместо этого Лили отошла к зеркалу, и Лола, отчаявшись, устало прислонилась к стене. Кричать было бесполезно, просить и плакать тоже. Оставалось только ждать и надеяться.

Прошло несколько минут прежде, чем Лили вновь вернулась к горящему экрану и наконец-то увидела открытку.

— Дорогой сестренке на ее день рождения, — пробежалась она по строчкам.

— Вспомни меня! — гипнотизировала ее взглядом Лола.

— Какой у нее все-таки хороший вкус! — пробормотала Лили и, отбросив открытку к пыльной кучке тетрадей и книг, бережно погладила браслет.

— И это все? — разочарованно выдохнула Лола.

Сестра выключила свет и, положив браслет обратно в коробочку, отправилась к кровати. Горящий экран ноутбука, как надежный фонарь, осветил ей путь. Застыв словно в трансе, Лола смотрела на эту яркую дорожку, пока она окончательно не погасла. И вместе со светом ей показалось, что выключилось и что-то внутри нее.

— Лола, пойдем, — тихо сказал Эван. — Завтра продолжим.

За окном уже была глубокая ночь, и в ее комнате было темно, но включать свет они так и не решились. Не раздеваясь, Лола легла на кровать, а Эван расстелил спальник около окна. После того, как покинули комнату Лили, они почти не разговаривали. Он быстро уснул, она же уснуть не могла и, ворочаясь с боку на бок, перебирала все, что было сделано за этот день. Они столько раз напоминали о себе. Но ничего не срабатывало. Не может же быть, что все усилия напрасны, и что в Лимбе они теперь навсегда?..