Книга Маг народа 1: Академия красных магов, страница 67 – Мэри Блум

В воздухе вдруг раздался громкий хлопок, похожий на выстрел. Стрелка секундомера тут же побежала, и солдаты кинулись к Голицыну, нападая все разом, словно пытаясь взять массой. Он мигом выставил руки им навстречу и полыхнул мощным потоком огня. Уловители вокруг арены яростно загудели, где-то на трибунах захлопали, а солдаты отшатнулись. У четверых, самых близких к нему, мгновенно покраснела броня — двое из них стали двигаться совсем медленно, будто безумно устали, а двое и вовсе свалились на песок как парализованные. С механическим треском на табло прокрутился последний ноль и остановился на цифре «2», ведя теперь учет не БЭМов, а вынесенных противников.

— Во дает! — довольно прокомментировал голос за спиной. — Валет, а то и выше…

— Ну Голицын же, сразу видно! — подхватил другой.

Тем временам, разделившись на группы, солдаты атаковали этого огнеплюя сразу со всех сторон, заставляя его вертеться, как волчок, и пускать повсюду волны огня, от которых они как могли уворачивались. Уловители гудели все слабее, намекая, что его силы заканчиваются, а кольцо окружавших противников сжималось все теснее. Наконец, пока пышущий пламенем балабол отбивался с одной стороны, к нему прорвались с другой. Он резко развернулся, однако, опережая его магию, подскочивший опасно близко солдат с силой саданул его в грудь. Броня заметно заалела. Слегка качнувшись, Голицын вызвал пламя и ответил огненным ударом в шлем нападавшего. Противник моментально упал на арену, невредимый, но неподвижный. В следующее мгновение к отвлекшемуся магу подскочил другой солдат и энергично пробил ему по ребрам. Броня щедро залилась краснотой, будто ее раскрасили кровью, и Голицын, как подрубленный, рухнул на песок, завершая свой экзамен. Остановившийся следом секундомер показывал две минуты двенадцать секунд, а табло сообщало о восьми поверженных противниках из двадцати.

— Неплохо, — нехотя признал Генка.

— А почему он упал после всего двух ударов? — спросил я. — Они же даже без магии.

— Потратил на вызов стихии слишком много сил, — пробормотала чуть успокоившаяся Роза.

На арене Голицын, отряхиваясь, поднялся с песка, абсолютно не поврежденный и крайне довольный. Сдав Рогозину защиту, он вальяжно удалился под трибуны. Солдаты тоже поднялись, готовясь встретить следующего студента. На табло с треском обнулились цифры, и мужчина со списком зачитал новое имя. Участвующих в этой части оказалось немного — больше половины первокурсников отказались. Да и сам экзамен шел очень быстро. Время, конечно, было не ограничено, но большинство сдающих продержались от силы с минуту. Трибуны гудели куда громче, чем в первой части, отмечая оживленными воплями каждое упавшее на песок тело — будь то солдат или студент — казалось, им без разницы, лишь бы кто-то падал. Подозреваю, в этом и смысл подобных зрелищ.

— Это десятка, еще куда ни шло…

— А это уже мошка, — не умолкали болтливые комментаторы за спиной, — не больше пятерки…

— А вот она очень даже ничего. Может, и дама. Сразу видно династию!..

Под гудение уловителей Ева Островская щедро осыпала противников молниями.

— Что будешь делать? — друг внезапно повернулся ко мне.

— Это живые люди, — ответил я, следя, как сразу двое солдат рухнули на песок, — а не бездушный манекен. Даже у самых чурбанов есть эмоции.