Книга Моя простая курортная жизнь 2, страница 59 – Мэри Блум

Я же приземлился на свое, и блондинка сразу повернулась ко мне. Признаться, когда отмывал крем с волос, я думал, что мы обсудили все.

— В общем, — тихо начала она, — я подумала и готова тебя простить. Только скажи всем громко и вслух, — ее голос стал еще тише, — что эта стервятница тебя соблазнила и что ты просишь у меня прощения!

А может, еще и на колени встать, чтобы всем наверняка понравилось?

— А как же торт мне в лицо?

— Да в тебя толком и не попало, — проворчала Даша. — Я не буду за это извиняться!

За что? За то, что бросила, или за то, что не попала?

— Ну тогда и я не буду, — подытожил я.

— Ну тогда и к этим сиськам доступа больше не будет! — прошипела она, тряхнув своими торчащими из блузки прелестями.

Однако в этот момент порог кабинета переступили другие сиськи, доступ к которым у меня теперь был.

— Ром, — позвала от двери Инна, и весь класс увлеченно перевел глаза на нее, словно наблюдая какой-то бразильский сериал, — тебя можно на пару минут?

Рядом протяжно скрипнул стул, и Даша вскочила.

— Мерзавец! — явно работая на публику, театрально вскрикнула она. — Между нами все кончено!..

По глазам я видел, что в придачу она хотела залепить мне еще и пощечину, но не рискнула, вероятно, опасаясь, что капитанша подойдет и залепит ей в ответ — причем куда крепче и звонче. Чувствуя, что не хочу становиться героем сериала, я молча встал и направился к выходу. За спиной мгновенно раздался по-театральному громкий вой, затыкая всех, кто пожелал бы позлословить. А когда я был уже у порога, блондинка сорвалась с места и кинулась грудью вперед на Алену, которая, по ее мнению, должна была ее утешать. Я проводил глазами эти булочки, мысленно говоря им пока — теперь они уже не казались такими сладкими. Пожалуй, больше всего в Даше мне нравилось, что она как Полина. Но, если подумать, от Полины там были только сиськи. Конечно, важное достоинство, но именно благодаря Даше я понял, что не главное.

— Так и знала, что она что-нибудь устроит, — поморщилась в коридоре Инна. — Насквозь таких вижу! Да и класс у тебя такой любопытный…

Он был бы гораздо менее любопытным, если бы ты не устроила промоакцию «я сосу Рому». Хотя сейчас у меня не было возражений против этого. Оглядевшись по сторонам, мы скрылись в ближайшей подсобке, и только дверь закрылась, как наши губы встретились, ее мячики туго впечатались в мою грудь, а моя рука нырнула под ее юбку.

Обожаю этот момент, когда под темным клетчатым подолом школьной униформы, одинаковой для всех, нащупываю разные попки — разной мягкости, разной упругости — одни налитые как яблочко, другие твердые как орех. Вот вроде один и тот же жест и юбки одни и те же, но реакции у девчонок при этом разные: то, как они прижимаются в ответ на мои прикосновения, как постанывают, как ловят мои губы, как прикрывают глаза — и сравнивать все эти мелочи между собой — отдельное удовольствие. Будь моя воля, я бы перещупал все девичьи задницы, какие только ходили по школе, но пока в моих руках побывали только три — что, в принципе, не так уж и мало.

— Блин, а ты умеешь целовать так, что можно улететь, — сладко выдохнула капитанша, потираясь всем телом об меня.

— Хочешь улететь? — отозвался я, спускаясь губами ей на шею.

— Заводишь… — томно жмурясь, пробормотала она. — Только давай не сюда, — и потянула мою голову ниже, к вырезу блузки. — Катерина считает засосы на шее неприличными…