Книга Моя простая курортная жизнь 7, страница 35 – Мэри Блум

Пока я говорил, мои ладони мяли ее шикарные зрелые округлости со всех сторон, заставляя их обладательницу вибрировать и содрогаться. Пускай на ее стороне и было электричество, зато на моей — животный магнетизм.

— Пока что только Полина в дураках, — подытожил я. — И мой тебе совет: не составляй ей компанию, — и ущипнул красотку за попу, которая явно не хотела остаться без моего внимания.

Окси аж подпрыгнула от этого прикосновения, будто это на моих пальцах были разряды.

— Какой ты, однако!.. — с придыханием выдала она.

— И какой? — я перехватил ее блестящий томный взгляд.

Моя секси медсестричка уже вовсю текла в моих руках, извиваясь от моих поглаживаний куда больше, чем я от покалывания ее электродов. Эх вы, наивные красотки постарше! Это не вы развращаете школьника, а школьник, играючи, в перерывах между уроками и домашними заданиями, развращает вас, таких зрелых и опытных.

— Какой? — блаженно жмурясь, протянула Оксана. — Гадкий, непослушный, дерзкий мальчишка… — сверкающие глаза жарко впились в меня. — И как Полинка только крепится-то до сих пор?..

Не дожидаясь ответа, она бойко полезла к моему паху, в отличие от подруги, решив себя не сдерживать — дополняя одну сладкую пытку другой, еще более сладкой.

— Гадкие мальчики на вкус самые сладкие… — между сочными чмоками приговаривала моя мучительница, устроившаяся у меня между ног рядом с электродами. — Так что ты уж не стесняйся…

Да я даже и не собирался стесняться, притягивая ее блондинистую макушку все ближе к себе, кайфуя одновременно и от ласковых прикосновений ее язычка, и от остро покалывающих разрядов.

— А знаешь, что самое обидное в этой ситуации? — ненадолго прервала эту пытку красотка.

— И что же? — спросил я, возвращая ее голову обратно. Что ты делаешь паузы? Или болтаешь во время экзекуции?

— Что теперь, когда Полинка знает, она и Тамаре расскажет, — между чмоками пояснили снизу. — А это значит, что теперь тобой придется делиться… А я хотела еще немножечко насладиться тобой в одиночку. Счет идет на секунды…

Ну раз так — я притянул ее макушку еще ближе к паху, чтобы уже наслаждалась в одиночку в полной мере и не теряла столь драгоценные секунды.

— Слышь, Окси, — вдруг раздалось за дверью, а следом шустро провернулась ручка, — Полинка мне тут одну новость нашептала, — показалась на пороге одна бизнес-леди, — что ты ее Ромку…

И замерла, увидев, что тут делают с Ромкой. Что, Тамара Георгиевна, тоже пришли посмотреть, как развращают школьника?

— Здрасьте, — сказал я, а вот Окси ничего сказать не могла, потому что ее рот был занят.

Картина, представшая взору нашей внезапной зрительницы, конечно, выходила живописной: я на кушетке, Оксана с выпавшими голыми сиськами надо мной, насасывая мой мужской аппарат, достаточно весомый, чтобы впечатлиться, пока ее аппарат, тоже немаленький, питал мое тело электричеством. Появление зрителя никак не смутило мою медсестричку, наоборот, только завело — и сила, и мощность засоса ощутимо увеличились — с таким рвением, пожалуй, сосут только медицинские банки. Да и ее деловая подружка тоже ничуть не смутилась — просто прикрыла дверь за спиной и, оставшись у порога, во все глаза наблюдала за нами. Горячий взгляд случайной зрительницы ласкал мое достоинство не меньше нежных губок похотливой медсестрички. И все это — под пряные, сводящие с ума разряды, пронизывающие промежность. Я мог отсчитывать секунды до собственной разрядки.