Книга Последнее отражение, страница 42 – Наталья Тимошенко

Все тут же опустили головы, лишь нервный Фредерик не выдержал. Он обернулся и в следующую секунду вскочил с криком. Его стул с грохотом опрокинулся, свечи вспыхнули, по стене пронеслась тень: не человека, не зверя, а чего-то иного, с руками до колен и лицом без глаз.

Мария резко поднялась. Щелчок пальцев – и тень исчезла. Фредерик продолжал кричать что-то неразборчивое, из носа у него пошла кровь. Двое мужчин, имен которых Всеволод не знал и даже не видел, откуда они появились, подхватили Фредерика под руки.

— Отведите его в заднюю комнату, – приказала Мария, и голос ее теперь звучал как у капитана на тонущем корабле. – Остальные – молчать. Пока круг не закрыт, никто не должен вставать.

Всеволод не шелохнулся. Холод добрался до его костей. Он чувствовал, как что-то скребется внутри него. Он боялся даже пошевелиться.

— Все нормально, так бывает, – едва слышно прошептал кто-то рядом, и Всеволод с удивлением обнаружил, что по левую сторону от него сидит Этьен. Надо же, а ведь он даже не заметил, куда сел новый знакомый! Оказывается, это его ледяные пальцы напугали Всеволода в начале сеанса.

Мария тем временем произнесла еще несколько слов, и тьма в углах комнаты рассеялась, как дым. Но ощущение чьего-то присутствия осталось.

— Круг еще не закрыт, – напомнила хозяйка. Она стояла, чуть наклонив голову, и прислушивалась, но не к гостям, а к чему-то другому. Казалось, она ловит остаточное эхо той силы, которую только что впустила в свою гостиную. Наконец Мария удовлетворенно кивнула. – По одному. Медленно. Назовите свое имя и выйдите из круга.

Первым заговорил пожилой мужчина в бордовом жилете. Его голос дрожал, но он справился с собой:

— Генрих. Признаю присутствие духа. Освобождаю круг.

Он отнял руки от стола и медленно поднялся. От Всеволода не укрылось, как дрожат его ноги. Следом каждый произносил свое имя, отпускал руки и только после этого вставал со стула. Предпоследним назвался Этьен. Его пальцы наконец оторвались от Всеволодовой руки, и только тогда он встал.

Всеволод остался последним, не считая бледнолицего парня. Сердце его билось неровно. Он не знал, почему тянет время. Но, встретившись взглядом с Марией, наконец выдохнул:

— Всеволод. Признаю… присутствие духа. Освобождаю круг.

Он поднялся. Комната все еще была затянута мраком, хотя свечи горели ровно. Все стояли молча. Только в углу, за дверью, куда увели Фредерика, что-то царапнуло, будто коготь по дереву.

— На сегодня достаточно, – сказала Мария. – Лира вас проводит.

Дверь скрипнула, и на пороге гостиной показалась девушка в маске, которая встречала Всеволода. Она жестом поманила всех за собой, и Всеволод, к собственному стыду, ринулся к двери первым. Уже выходя из гостиной, он не выдержал и обернулся. Мария все еще стояла у стола и не двигалась. И ему вдруг почудилось, что от ее ног по полу ползет тень: длинная, неровная, почти не похожая на человеческую.

С каждой новой пятницей Всеволоду открывались новые грани салона Марии и его хозяйки. Его уже не встречала молчаливая девушка в маске, Лира, он сам открывал дверь и проходил по темному коридору, где витал устойчивый запах ладанника, горьких трав и чего-то металлического.

Мария приветствовала его легким кивком, порой даже улыбалась, и это казалось высшей наградой. Этьена Всеволод уже мог бы назвать своим другом, хоть они и не встречались за пределами салона. Познакомился он и с другими участниками сеансов. Теперь он приходил пораньше, чтобы успеть пообщаться с ними. Они обсуждали химические свойства металлов, влияние планет на кровь, писали латинские фразы в кружках на полу. Всеволод учился молчать и наблюдать, запоминал странные обряды, где иголки втыкали в пучки сухой травы, а чернила пахли кровью.