Книга Последняя песнь бабочки, страница 106 – Иван Любенко

Сидевший внутри инспектор Бертран хмурился и курил подряд уже вторую сигарету. На его лице читалось явное недовольство.

— Послушайте, месье Ардашев, — проворчал полицейский, — какого дьявола вы принеслись ко мне домой в такую рань и теперь заставляете ехать туда, где чёрт телят не пас?

— Я покажу вам настоящего Французского Душителя.

— Настоящего? — саркастично вскинул брови сыщик.

— Именно.

— Вы шутите? Злодей пойман и хнычет в камере. Да, пока арестант не признаёт вину, но пройдёт день-два, и он во всём сознается.

— Менее чем через четверть часа вы убедитесь в моей правоте, — невозмутимо ответил Клим.

Спустя некоторое время экипаж въехал в Болье. Крохотные лачуги теснились вдоль кривых улочек. Навстречу брело стадо коров, подгоняемое пастухом.

— Скажите-ка, любезный, — обратился к нему Ардашев, — где находится жилище мадам Луизы Монти?

— Вон там, — махнул хлыстом селянин. — В конце улицы её хибара, справа, последняя перед дубовой рощей.

Вскоре извозчик натянул поводья возле небольшого строения, напоминавшего старый перезревший гриб. Ни ворот, ни забора вокруг не было. Из распахнутого окна доносился скрипучий, недовольный старушечий голос:

— Бездельник! Ты даже не принёс дров, чтобы растопить печь.

— Мама, я опаздываю на службу, — робко оправдывался сын. — Омнибус скоро прибудет. Прости, мне пора.

— Убирайся, негодный мальчишка! Вот вернёшься, я задам тебе трёпку!

Хлопнула расшатанная дверь, и на пороге возник Поль Монти. Заметив фиакр и выходивших из него людей, он заметно насторожился. Однако, узнав Ардашева и сопровождавшего его чина Сюрте, выдавил из себя вежливую улыбку:

— О! Господа, доброе утро! Чем обязан вашему появлению?

Вдруг кучер привстал на козлах и, ткнув плетью в сторону вышедшего мужчины, громко воскликнул:

— Это он! Именно его я встретил на дороге в прошлом году, когда меня понесла вороная лошадь!

— Это же санитар морга? — недоверчиво проговорил инспектор и спрыгнул на землю.

— Совершенно верно, — подходя к мужчине на расстояние вытянутой руки, произнёс Ардашев. — Днём он служитель мертвецкой, а ночью — безжалостный убийца.

— Что за бред, господа? — возмутился Поль и сделал шаг назад, но воронёный ствол револьвера полицейского уже смотрел ему в лоб.

— Не двигайся, малыш, а то в твоём черепе загуляет сквозняк, — выплюнув сигарету, проворчал Бертран. — Давай-ка сюда ручонки.

Едва Монти протянул кисти, на них мгновенно захлопнулись стальные браслеты.

— Шагай внутрь. Мы немного поворошим твоё гнездо. Если невиновен — отпустим, а найдём улики — поедешь с нами, — пояснил сыщик.

Внутри хибары царила убогость. Пахло плесенью. Бертран принялся методично осматривать скудную обстановку, заглядывая в шкафы и переворачивая пожитки. Мать Поля, сгорбленная седая старуха с одутловатым лицом, путаясь в подоле засаленного халата, семенила следом. Не понимая причины вторжения, она сыпала проклятиями, пытаясь выпытать у сына суть происходящего. Но задержанный упрямо хранил молчание, опустив взгляд.

Перерыв всю каморку и не обнаружив ничего изобличающего, полицейский разочарованно выдохнул:

— Сдаётся мне, мой русский друг, вы ошиблись. Он невиновен словно божий агнец. Зря тащились в такую даль.

Страж порядка уже полез в карман за ключами от наручников, но Ардашев остановил его: