Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 2, страница 49 – Дия Семина

За перегородкой послышались радостные возгласы, мужчины осыпали Глашу комплиментами на год вперёд. А она решила тоже поработать сестрой милосердия и помогла одному мужчине с обедом.

Такая благостная картина, она бы продолжалась бесконечно, и я была бы счастлива, но похлёбка закончилась, я и свою успела быстренько доесть вприкуску с бутербродом. Сложила посуду в корзину, вытерла мужу салфеткой губы, удобнее поставила тарелку с пирожками на тумбе и накрыла её белой тканью.

— Так не хочется прощаться, у меня теперь душа будет неспокойная, ты же о себе даже позаботиться не можешь. И как ты вообще эти дни. Я нарисую специальную кровать, и ваши умельцы её сделают, она с ручками и поднимается, как кресло. Столько всего нужно сделать…

— Здесь есть санитарки, они приходят и помогают, стоит только погромче крикнуть.

— Ну ладно, уговорил, раз тебе так приятна забота санитарок, до утра я тебя оставлю, но завтра уже домой. Хватит прохлаждаться, работать пора.

Мне так хочется с ним ещё говорить, шутить и просто слышать его голос, и это взаимно, мы истосковались друг по другу…

Дверь скрипнула, я думала, что вернулась Глаша, и даже не повернулась, но неприятный распевный голос и слова заставили меня рассвирепеть.

— Я, только я имею права на моего брата. Ты ему никто! Убирайся вон.

На пороге стоит Лидия в неизменном чёрном «наряде», а за её спиной бледная, как моль, испуганная женщина, видимо, та самая невеста, какая пыталась, да не вышла за Савелия замуж.

Нам только женской драки в больнице не хватало.

— М, да, кажется, Сава, ты уже сегодня поедешь домой, оставить тебя на растерзание этим гиенам я не могу.

Встаю с табуретки и понимаю, что сейчас вполне могу запустить горшком из-под супа этой мымре в лоб. Другого способа самообороны у меня нет.

— Ты вынудила моего брата подписать бумаги и вычеркнуть меня из его жизни! Ты настоящая ведьма и зло воплоти! Савелий поедет ко мне, я буду о нём заботиться до конца дней его…

Гул скандала нарастает, Лидия словно забыла, где находится и что за шторкой ещё больные люди лежат, и им этот скандал, конечно, развлечение, но не до такой же степени, чтобы кровь из ушей.

— Эй! Я вообще помирать не собираюсь! Рано ты меня собралась хоронить, дорогая сестра.

Савелий после тёплого бульона заговорил чуть звучнее и громче. Сил добавилось у мужика, всего-то нужно было покормить как следует. Но такие волнения ему сейчас только во вред.

В соседней палате тоже притихли, слушают, что происходит. Глаша бы вышла, да врача позвала, но Лидия перегородила собой проход, и никого не выпустит раньше времени, пока не насладится моим унижением и позором, но это по её мнению.

Ситуация и впрямь тупиковая. Ах, как бы мне сейчас пригодился верный товарищ пистолет.

— Лидия, предлагаю перенести наш непростой разговор в кабинет к адвокатам, и чуть позже, когда Савелий…

— Ты никто, уже даже не жена. С тобой вообще разговоры закончены! — не отступает, конечно, у неё одна цель захапать наследство Савы, а я последнее препятствие.

— Жена! Анна моя жена! Мы снова обручены и обвенчаемся, как только я встану на ноги! Прекрати позориться, лучше позаботься о детях, — Савелию этот разговор совершенно не нравится. И не нравится тот тон, каким Лидия пытается претендовать на него. Но она ничего не поняла и добила.