Книга Придушил бы!, страница 92 – Agna Werner

— Все хорошо, честно, — каждый раз при таких рискованных практиках безмерно подкупает его забота. — Я не ощутила какого-либо эмоционального провала или паники. Думаю, нам стоит развивать это направление, постепенно добавляя секс, — хищно стреляю в него взглядом, смакуя вспыхнувшую ответную реакцию.

— Я только за. Когда стану достаточно опытным, попробуем подвешивание, — немного замявшись и теряя прежнюю уверенность, продолжает: — Лика, если ты хочешь детей в ближайшем будущем, то нам стоит уже обследоваться и работать в этом направлении. Честно говоря, в душе я вел борьбу с самим собой: вытаскивать или нет.

В очередной раз умиляюсь ему. На заболевания, передающиеся половым путем, мы недавно проверились, так что эта проблема отпала. А вот другие анализы пока не успели сдать.

— Давай, но начнем в мае. Тут такое дело, у меня тоже есть сюрприз для тебя, — создаю театральную паузу.

— Лика, не томи!

— Я купила билеты к твоим родителям в конце апреля, через две недели, — невинно хлопаю ресницами.

— Сумасшедшая! — он сразу же перетягивает меня к себе на колени. — Семен Васильевич в курсе?

— Естественно, я уже и заявление на отпуск написала, — легонько цапаю его зубами за кончик носа.

— А если бы я не смог? — приподнимает брови, пытаясь застать вопросом врасплох.

— Пришлось бы смочь. Как думаешь, я понравлюсь им? — озвучиваю свои тревоги.

— Пф-ф-ф, это даже не обсуждается. Они увидят тебя и сразу влюбятся, потом начнут меня поучать, чтобы относился к тебе максимально бережно и требовать внуков. Главное не сболтнуть лишнего о твоих предпочтениях.

— Давид! — от возмущения хлопаю ладонью по плечу. — Я серьезно.

— Я тоже, — качает головой. — Доедай свой завтрак, и будем собираться.

— Может, как-нибудь потом? — поджимаю губы и строю печальную моську.

— Я вчера предупреждал, так что нет. Завтра закажу машину.

— Зольников, ты нормальный! Да там недели не хватит, чтобы все собрать! — активно возмущаюсь и вскакиваю со стула.

— Сядь, — он отвечает тихо и властно. Замираю и обрабатываю услышанное. — Я не разрешал вставать. Мне достать бандаж и связать тебя? Хотя теперь у нас есть настоящие веревки…

— Не надо, — возвращаюсь за стол и опускаю глаза в пол, превращаясь в кроткую и послушную для своего верхнего. Мне нравится, как постепенно подчинение выходит за рамки практик, прорастая в обычной жизни.

— Хорошая девочка. А хорошие девочки заслуживают помощи. Дядя Давид позаботится о своей малышке.

— Да, сэр.

— Сегодня соберёшь самое необходимое, остальное позже. Мы аренду до какого месяца оплатили?

Он оплатил. Давид давно взял часть моих расходов на себя. Поэтому я начала копить за нас двоих.

— До конца мая.

— Ну вот, так что все успеем.

Ближе к обеду мы появляемся в моей квартире. Давид, словно фокусник, с утра где-то добыл большие коробки. Не удивлюсь, если давно их подготовил, и они просто ждали своего часа. Теперь тара стоит посередине комнаты, где ранее мы проводили сессии. На самом деле, часть вещей уже давно осела у него, потому что практики стали проходить только там. Сначала собираю все документы, технику, затем в голове разделяю одежду, обувь, косметику и прочее по важности. Первостепенные предметы скидываю на кровать, Давид складывает и уносит в коробки. По итогу получается гора из коробок. Вымотанная сажусь на пол рядом с ними.