Книга Подонок. Его наказание, страница 23 – Инна Матвеева

— И про гонки, — подхватывают.

— Так и что? — Федя не сдаётся. — С каких это пор мы не можем замять проблемы деньгами?

— Не все проблемы так займёшь.

— Так, может, заткнуть этого Макса?

— С какой стати? Если девчонку и вправду чуть не изнасиловали, почему нам опускаться до такого? Она жертва, проще убрать насильника.

— Да вам проще убрать его, как потенциального победителя! — выпаливает Федя самый логичный вывод, по крайней мере, со стороны парочки братца с сестричкой.

— Не говори ерунды, объективно он схватил её и кинулся с ней в комнату…

— Она кричала!

На меня то и дело бросают взгляды, обсуждая всё это. По большей части и говорят обо мне украдкой, опасливо поглядывая. Боятся… Реально думают, что я опасный тип, в любой момент способный съехать с катушек и натворить дичь.

Руслан был, теперь Лера…

Угрожающе молчу. Снова смотрю на неё — на этот раз безотрывно, давящим взглядом. В ответ не решается глянуть, снова воробушком прикидывается безобидным.

А её брат продолжает разыгрывать последний аккорд их спектакля. Слушаю… Пока оценю, к чему всё идёт. А там уже вмешаюсь, если пойму, что по-другому никак.

Чёрта с два я позволю их планам сбиться. В лепёшку расшибусь, но с позором уделаю Макса. В гонке, да. В гонке, блять! На которой я всё равно буду. Буду!

— Слушайте, мы уже утвердили всех участников, — так и не могут определиться мажоры.

— Да его вообще ещё после истории с Русланом надо было исключить без права на возвращение!

— С какой стати? Правила он не нарушал. Их не было. Это Руслан геройствовать вздумал, — надо же, это и не Федя говорит.

Кто-то из гонщиков, имя не помню. Тоже был в той гонке. Максимально незаинтересованный чел: я ему соперник ведь, выгоды моё участие не принесёт. Респект, теперь запомню его. Бросаю на него взгляд — недолгий, конечно, потом снова на Леру перевожу.

— По этой причине мы утвердили Дана сейчас, но вот от него новый косяк, ещё более крупный.

— А что мы всё гадаем? — неожиданно обрывает все эти бурные обсуждения Миша. — Может, спросим именно Леру? Действительно ли была попытка изнасилования, или у нас просто недопонимание?

Усмехаюсь назло по-дурацки сжавшемуся сердцу. Очевидно же всё… Конечно, она соврёт.

Бросает на меня затравленный осторожный взгляд.

— А как ещё можно назвать, когда он её на плечо взвалил, заперся там с ней и игнорировал сопротивление? Я слышал, как она ему кричала, чтобы он остановился! — не выдерживает затянувшегося молчания Макс.

Он тоже уставляется на Леру — видимо, взглядом напоминает ей об их плане.

— Мы спросили не тебя, — отсекает Миша. — Лера… Пожалуйста, скажи правду. Если ты боишься Дана и не можешь говорить при нём, просто знай, что мы тут все за тебя горой встанем и он никак не посмеет к тебе приблизиться. Ничего он тебе не сделает, слышишь?

Не сдерживаю презрительный смешок. Я теперь не просто насильник, но и опасный на всю голову двинутый мудак, который может зашугать девчонку и отомстить за лишнее слово. Весело…

А ведь не хотел сюда приходить вообще.

— Она скажет, если его вывести отсюда, — снова вмешивается Макс, который, блять, бесит всё сильнее с каждой секундой. — Не видите, она в шоке? Логично, что теперь боится его.

— А заявление подать не испугается? — насмешливо интересуется Федя. — Если вы реально предъявляете претензии моему гонщику, так делайте это открыто, а не устраивайте хренов детский сад.