Книга Я тебе больно, страница 53 – Чарли Энн Маар

— Я не хочу сидеть, — резко качаю головой, сжав виски пальцами. — Мне нужен телефон. Принесите мой телефон. Я должна позвонить. Что вообще случилось? Как… мама умерла? Почему? Они что-то сказали?!

— Сердечный приступ.

— Это я виновата.

Марсель Рустамович пытается усадить меня на стул, но я отталкиваю его руки.

— Я… я это я виновата.

— Ты ни в чём не виновата, Насть.

— Нет, виновата. Мы поссорились вчера. Она хотела, чтобы я приехала на похороны к отцу, а я… я сказала, что не приеду, понимаете? Я накричала на неё. Сказала, что она всегда была на его стороне… Сказала, что все её проблемы из-за него, а решать их должна я… Это моя вина! — слёзы начинают бесконтрольно течь из глаз.

Мне настолько плохо внутри, что я теряюсь в этой боли. Плечи содрогаются от рыданий. Грудь невыносимо ноет.

Я вдруг чувствую мягкое касание к своим рукам, а затем тёплые пальцы сжимают мой затылок.

— Тихо, девочка. Ты ни в чём не виновата, но выплакаться тебе нужно. Просто поплачь.

И я плачу.

Уткнувшись в его плечо.

Позже я подумаю, что не должна была. Позже я решу, что и он не должен был.

Но сейчас я просто реву.

У меня нет родного плеча, в которое можно было бы уткнуться и разорваться на части. Но почему-то в этот момент именно он оказывается рядом. Именно Багримов.

— Насть, тебе есть с кем полететь на похороны?

Похороны.

Она хотела, чтобы я приехала хоронить отца.

"Вот я и приеду, мам…"

— Нет, — отвечаю, не отрывая голову от его плеча. — У меня никого больше нет. Девочки-соседки работают, я не уверена, что кто-то полетит со мной.

— Понятно… Ладно, давай так. Садись сюда, — он отводит меня к дивану и усаживает. — Я сейчас кое-что улажу и помогу тебе с похоронами.

— Поможете с похоронами? Вы не должны ничего для меня делать. Я не… не смею вас просить… И я ничего не смогу дать вам взамен.

— Я сам хочу помочь. И взамен мне ничего не нужно. Об остальном поговорим позже.

Он собирается отойти, но я обхватываю его запястье пальцами. Я не знаю, почему я так делаю. Просто тот факт, что он сейчас уйдёт вызывает внутри меня панику. Не хочу оставаться одна. Ни на мгновение. Не хочу плакать в одиночестве. Я и так всё время в одиночестве. А сейчас совсем никого не осталось.

Целый мир как пустота, в которой я не могу найти опору для себя.

— Марсель Рустамович… не уходите, — всхлипываю, глядя на мужчину снизу вверх. — Ещё немного… Побудьте рядом…

Марс

Слишком чувствительная и невинная, чтобы к такой прикасаться. Такие в моём мире погибают.

Смотрю на спящую на моём плече Асти. Лицо опухло от слёз. Губы покраснели — так сильно она их кусала. Целый час истерики.

Даже шевелиться не хочется, чтобы не разбудить.

Поразительно, отец всю жизнь бухал и издевался, что над ней, что над матерью, а она их ещё и жалеет.

По информации, которую удалось добыть Эму, сестра с концами разорвала связь с отцом Насти после того, как он обокрал их семью и поднял на неё руку. На похороны она не поедет и вообще ничего не хочет знать об этих людях. В том числе и о Насте.

То есть по факту у неё больше никого нет. Эмиль сказал, что инфы о других родственниках не нашёл.

Я осторожно убираю руку, чтобы Асти не проснулась, и укладываю её на диван. Пусть поспит хотя бы пару часов. Успокоительное вроде подействовало, но ещё лететь на похороны.