Книга Свёкр с Кавказа. Десять уроков любви, страница 18 – Алекс Стар

Мне хочется наброситься на него, но я сдерживаюсь.

Месть подают холодной.

Кофе? Будет ему кофе.

И я отправляюсь в свою спальню.

Как странно, здесь так тепло и уютно, словно кто-то её обустроил специально для меня. Продумал всё до мельчайших мелочей. И я, позабыв про всю грубость своего свёкра, набираю себе полную ванну с ароматной пеной, погружаясь в сладкую полудрёму…

Даже если мой свёкр — настоящее чудовище, хорошего вкуса у него не отнять. И я предпочла бы жить лучше с таким чудовищем, чем со своим мерзким мужем…

Мне кажется, я погружаюсь в сладкий сон, как вдруг до меня доносится странный шум… Звонок в дверь, голоса…

Я думала, мой свёкр живёт один, разве нет?

Может быть, к нему пришли гости?

И я накидываю на своё разомлевшее тело тонкий шёлковый халатик, который кто-то предусмотрительно повесил здесь для меня.

Выхожу из своей комнаты и иду по тёмному глухому коридору в сторону лестницы.

В доме по-прежнему тихо, как вдруг до меня снова доносится приглушённый женский смех. Следую за ним.

Спускаюсь ещё на один этаж, пока вдруг в конце тёмного глухого коридора не вижу тонкую полоску света.

Приближаюсь к ней на мягких ногах, стараясь ступать бесшумно, пока не подхожу вплотную к запретной двери.

Останавливаюсь в темноте за порогом, вглядываясь в комнату, и вдруг понимаю, что это спальня моего свёкра! Прямо под моей.

Он лежит в одних мягких пижамных штанах на огромной роскошной кровати, застеленной чёрными шёлковыми простынями, и его мускулистое смуглое тело выделяется странной статуей на фоне кровати.

Античной застывшей статуей.

И он с нескрываемым удовольствием наблюдает за девушкой, которая стоит прямо перед ним. В центре комнаты.

Совершенно голая, если не считать тоненьких стрингов со стразами, лямочками которых она сейчас кокетливо поигрывает, призывно покачивая бёдрами.

Застываю в нерешительности. Мне надо уйти, убежать прочь, но мои ноги словно вросли в пол. Не слушаются меня.

И я продолжаю подсматривать за своим свёкром и этой шлюхой.

Мой муж и его отец, они оба — одна семейка! И я вспоминаю с горечью и отвращением все разы, когда Рустэм заставлял меня наблюдать за тем, как он трахает своих шлюх.

Его папаша не лучше. Только он не женат. И может встречаться с кем хочет, разве это неправда?

Я вижу, как девушка раскачивается в ритме медленного танца, покачивая бёдрами, своими идеально вылепленными круглыми и полными грудями, и вот её тонкие пальцы ползут вверх, и я вижу между ними алые острые леденцы сосков, которыми она кокетливо поигрывает.

Перевожу взгляд на свёкра: он закинул руки за голову, откинувшись на высокие подушки, и с беспристрастным и, кажется, безучастным, видом наблюдает за этим жарким приват-танцем.

Ни один мускул не дрогнул на его красивом мужественном лице.

А девушка продолжает танцевать и извиваться, оттягивает край своих трусиков, и я вижу её гладкую розовую киску, словно прочерченную посередине тонким чёрным разрезом.

Вот она совсем стягивает трусики с себя, слегка оттопырив попку, и я вижу, как раскрываются в сладкой истоме две половинки её яркого глянцевого персика, и в глубине виднеется призывная сочная мякоть, из которой уже течёт липкий сок, как их перезрелого плода.

— Умар, хочу тебя, — призывно и утробно мурлычет она, как гигантская кошка, вставая на четвереньки и выгибая спину.