Книга Развод. Исправить ошибку, страница 61 – Ари Дале

За время, которое я провел в больнице, многое успел обдумать, о многом пожалеть и, в итоге, решил — буду бороться!

Буду бороться за свою жену!

Буду бороться за свою семью!

Чего бы это мне ни стоило!

Изо всей силы сжимаю руль и сразу же отталкиваюсь от него. Открываю дверцу машины, выхожу прямо под ливень. Широкими шагами преодолеваю расстояние до подъезда, уже собираюсь набрать на домофоне номер квартиры, как дверь открывается.

Мимо меня проходит мужчина, раскрывая черный зонт, а я вставляю ногу в проход. Дверь не успеваю ударить по стопе, как я ее перехватываю. Немедля, захожу в подъезд. Перепрыгивая через ступени, поднимаюсь на третий этаж, торможу у очередной двери, только на этот раз обтянутой черной обивкой.

Стук сердца отдается в ушах, когда я поднимаю руку, тянусь к звонку. Но замираю, так и не нажав на него. Потому что раздается звук поворачивающегося ключа в замке, после чего дверь распахивается.

Встречаюсь взглядом с голубыми глазами, которые почти такие же, как у моей жены. Вот только в них ничего нет, кроме пустоты. Словно кто-то сжег все эмоции, оставляя за собой обугленное поле, над которым нависает нереальной чистоты небо.

Бабушку моей жены сложно назвать “бабушкой”. Статная, темноволосая с проблеском седины женщина. Она всегда носит только платья, которые подчеркивают ее тонкую талию. И сегодняшний день становится не исключением. В черном платье с юбкой в гармошку и длинными рукавами Нина Павловна выглядит, будто собралась на похороны. Бледность лица тоже подтверждает эту теорию. Волосы она затянула в пучок на макушке, что только подчеркнуло морщины у глаз. Глубокие складки давно залегли у губ.

— Что ты здесь делаешь? — шипит женщина и пихает меня в грудь.

От неожиданности отшагиваю назад. Нине Павловне хватает этого, чтобы выйти на лестничную площадку и закрыть за собой дверь. Только сейчас замечаю черную сумку, ручки которой она сжимает в руке.

— И вам добрый день, — пытаюсь избавиться от сарказма в голосе, но плохо получается. — Могу я поговорить с Леной?

Нина Павловна ощетинивается. Смотрит на меня исподлобья. Ее нос заостряется, делая женщину похожей на ведьму.

— Убирайся, — вперивает руки в бока, готовая своим телом защищать дверь.

— Я не уйду, пока не поговорю со своей женой, — стараюсь сохранять самообладания, но рычащие нотки проскальзывают в голосе.

Бессонная ночь дает о себе знать — контролировать эмоции становится сложнее. Хотя, скорее всего, тут еще помогает непрекращающийся поток мыслей и самобичевания.

— Жене?! — взвизгивает Нина Павловна. — А ты думал о жене, когда пихал свой причиндал в другую бабу?

Морщусь. Все-таки Лена поделилась произошедшим с бабушкой. Но да ладно, сейчас чувство престарелой женщины — последнее, о чем нужно думать.

— Нина Павловна… — начинаю говорить, но женщина выставляет руку перед собой, останавливая меня.

— Вот скажи, тебе мало того, что ты сделал с Леночкой? — ее риторика меняется, голос смягчается. Вот только я-то прекрасно понимаю, что это всего лишь прием. Приходится стиснуть кулаки, чтобы не сорваться и не сказать прекратить спектакль. — Она только уснула. А до этого сутки проплакала. Ты хочешь ее добить своим появлением?

Вина резко режет грудь, но я стараюсь не поддаваться ей. Мне нужно поговорить с женой! Нужно ей все объяснить!