Книга Курс 1. Декабрь, страница 29 – Гарри Фокс

— Тц, — резко, почти болезненно, щёлкнула она языком, отрываясь от окна. — Ну, опять он напился. Ну что за бестолковый дурак! Совсем мозгов не хватает, чтобы понять, что завтра практикум по тонкой магии!

Рядом с её ухом, с мягким потрескиванием, материализовался маленький, яркий огненный шар. Он запульсировал тёплым светом и уставился в окно.

— Опять его отчитаешь с утра? — пропищал он, его «голос» был похож на шелест пламени.

— А как же иначе? — Катя надула губы, скрестив руки на груди. — Иначе он подумает, что я перестала о нём заботиться! Что мне всё равно!

— Ах, — вздохнул шар, кружась вокруг её головы. — Может, лучше просто принести ему зелье от похмелья? Беззвучно положить на тумбочку. А не читать очередную лекцию о вреде этилового спирта для магического резонанса.

— Так он сам виноват! — возмутилась Катя, и её щёки порозовели. — Он должен на собственном опыте понимать последствия! И нести за них ответственность! За свои поступки надо платить! Почему он до сих пор не говорит мне спасибо, что я даю ему такой бесценный жизненный опыт⁈

— Может, стоит стать чуть более… нежной? — осторожно предложила сущность. — Меньше начальственного тона. Больше… понимания.

Катя замерла, её голубые глаза сверкнули.

— Ты на чьей стороне? — прошипела она. — На моей или нет? Я что, должна теперь… упасть ему в объятия и… и… «потечь», как эти дуры, что за ним бегают? Разве мальчикам такое нравится? Нет! Они любят, когда о них по-настоящему заботятся! Когда их направляют! Когда им говорят, что правильно, а что нет!

Огненный шар тяжело вздохнул — целая фейерверк-вспышка разочарования.

— Катюш… смени тактику. Иначе так и останешься здесь одна, со своими идеальными конспектами и правильными, но никому не нужными советами.

— Замолчи! — Катя резко встала. — Пойду и отчитаю его прямо сейчас, пока он не уснул!

— Дурочка, не надо! — сущность метнулся перед ней, преграждая путь к двери. — Лучше завтра. Дай ему прийти в себя. И… используй другой подход.

Катя замерла, нахмурившись. Её пальцы теребили край рукава. Гордость боролась с крошечным, едва осознаваемым сомнением.

— Хорошо, — сдалась она, скрестив руки ещё туже. — И какой же твой великий совет? Как лучше поступать? Ну? Говори.

Огненный шар приблизился, его пламя стало приглушённым, тёплым. Он коснулся её уха, и шепот, который он испустил, был не звуком, а струйкой тёплой энергии, несущей мысленный образ, ощущение.

Катя застыла. Потом её глаза снова расширились, но на этот раз не от гнева. Яркий, стыдливый румянец залил её щёки, шею, даже кончики ушей. Она отшатнулась от духа, будто обожглась.

— Ч-что?.. — выдохнула она, и её голос стал тихим и потерянным. — Это… это же…

Она не договорила. Огненный шар, сделав своё дело, мягко погас, оставив её одну в тишине комнаты, с пылающим лицом и совершенно новыми, смущающими мыслями в прежде такой ясной и упорядоченной голове.

Сознание вернулось ко мне не сразу. Сначала пришло ощущение — тяжёлое, тошнотворное, гнетущее. Как будто внутри черепа осел свинцовый туман, а желудок превратился в бурлящее, кислое болото. Я застонал, не открывая глаз, и почувствовал, как мир медленно и неумолимо начинает вращаться вокруг моей оси, сосредоточенной где-то в районе виска.