Книга Клеймо мажора, страница 100 – Любовь Попова, Елена Гром

Я, ПРАВДА, ХОТЕЛ ОСТАВИТЬ ЕЕ В ПОКОЕ.

Вот только почему-то все больше увязал в этом болоте под названием «одержимость Любой».

Нужно было с этим завязывать.

И что я делаю? Я организую на Новый год большую выездную вечеринку, чтобы эти двое, наконец, трахнулись!

Им, блять, негде.

Этот Рычков сам живет в общаге. А Люба все время ищет повод отложить неизбежное.

Это напрягает, потому что наводит на опасные, чертовски опасные мысли. Независимо от того, что в разговорах, которые я по привычке подслушиваю, мое имя никогда не упоминается. Она словно поставила на мое имя блокировку в своей голове. В своей жизни. Даже не вечеринку не особо стремилась, но ее парень был так рад вписаться в тусовку богатых сыночков, что не оставил ей выбора.

А если бы она не поехала, то вызвала бы еще больше вопросов.

Зову на вечеринку Пашку с его Риммой, Андрея, который до си пор ходит, благодарит меня, с его Асей, и конечно Любу с Рычковым Лешей.

Снимаю коттедж за городом, в километрах пятидесяти, закупаюсь жрачкой, выпивкой, фейерверками. Но все идет по пизде, когда Люба со своим бомжом оказываются в моей машине. А все, потому что Ася с Андреем поехали поздравить родственников, а Паша забирать мясо для шашлыка.

Запах Любы, такой сладкий и терпкий, заполняет каждый уголок машины, буквально в узел сворачивая внутренности. Я стискиваю руки на руле, жду, когда ее щуплый хрен загрузит свой зад, и сразу стартую с места.

— Ой Люб, я так рада что ты согласилась. Давно хотела с тобой поближе познакомиться, — улыбается моя девушка с присущей ей искренностью. — Мне так понравилась твоя последняя фотосессия. Это красное платье. Хочу такое же…

А я хочу его снять.

Это ее фотосессия мой личный триггер. В день публикации я дрочил раза три, а потом спустил остатки пара с ненасытной Олей.

— Уверена, если ты попросишь Данте, он тебе его купит.

Оля смущено замолкает, потому что из тех, кто за равноправие. Даже в кафе она упорно платит за свое. Если по началу я и пытался что-то предпринять, то потом забил, потому что больше думаю о том как забыть вкус кожи одной сучки в белом пуховике.

— Слушай, а почему ты не идешь работать моделью? Да, мало же мужиков на нее дрочат.

— Я вот тоже все время спрашиваю. Уже бы из общаги съехали. Резко нажимаю на тормоз и голова этого не пристегнутого придурка врезается в подголовник. Его стон боли резко повышает градус моего настроения. Оля возмущенно пищит, но я стреляю глазами в Любу. Жду возмущения, шипения, но она уже гладит этого Альфонса. Вкус на парней у тебя отвратительный Люб. Или она принципиально нашла нищего, чтобы сравнить? — Прошу прощения, думал олень бежит.

Мы добрались до коттеджа за час по пробкам. Все это время Оля мучила Любу вопросами. И я мог остановить это, хотя бы, потому что видел, насколько это раздражает, но внимательно слушал низкий голос, ответы, хотя знал каждый из них. Экзекуция закончилась ровно в тот момент, когда мы въехали на территорию большого двухэтажного дома. Я паркуюсь и сразу выхожу втянуть частицы свежего воздуха, потому что тот, что в машине, душил меня всю дорогу.

Иду к багажнику, как раз когда из машины вываливается Люба, буквально падая мне в руки.

— Ой, блин, извини, ноги затекли.

— Ничего, — заглядываю в глаза, хотя надо побыстрее отпустить. Время тянется, и мне хочется остановить его. Просто стоять вот так, тесно прижав эти шикарные титьки к себе. Ощущать пульсацию сердца даже через зимние вещи. – Мне даже приятно.