Книга Неисправимый, страница 122 – Тори Майрон

Я не заслуживаю ни её признательности, ни влюблённого взгляда, ни её объятий. Ничего.

— Последняя песня… вроде мотив веселый, но слова… такие грустные, – добавляет она, прижимаясь щекой к моей груди, и я обнимаю её ещё крепче.

— Есть такое дело.

— Пообещай мне, что больше никогда не будешь вот так исчезать, пожалуйста. Это было ужасно. И я вообще не понимаю, зачем нужно было так долго молчать?

— Потому что я знал, что, если расскажу, чем я занимаюсь, ты начнёшь выносить мне мозг, попытаешься отговорить меня или ещё хуже – захочешь присоединиться, а я не собираюсь больше впутывать тебя в опасные и незаконные дела. Ты должна держаться от всей этой грязи подальше.

— А если я не хочу держаться от этого подальше? – она поднимает на меня блестящий влагой взгляд. – Если я хочу быть с тобой, даже когда ты творишь… ну… то, что творишь?

— Нет, Мили. Я не допущу подобного. И это не обсуждается.

— И что это значит? Ты постоянно будешь вот так пропадать, а я должна буду сходить с ума в неведении, гадая, где ты? С кем? Что делаешь и жив ли вообще?

— К сожалению, Мили. Но обещаю впредь не пропадать надолго и отвечать на твои звонки, чтобы ты так сильно не беспокоилась.

— Нет! Нет, я не согласна так! – она отрицательно качает головой и толкает меня в грудь, но я тут же обратно её к себе прибиваю.

— Иначе не будет.

— Но, Марк, я не…

Затыкаю её болтливый рот своим до того, как Мили вновь что-то вякнет, и целую, целую, целую… Губами сминаю её губы. Сталкиваю наши языки. Жадно, немного грубо, не давая ей возможности отстраниться и произнести хоть слово. Я не хочу больше говорить. Не хочу спорить о том, что уже решено и не подлежит изменению. Я просто хочу насладиться временем с ней. Хочу целовать, обнимать, пропитывать себя её запахом и трахать. Долго и много. Чтобы компенсировать все дни нашей разлуки. Чтобы стереть из памяти Мили все часы беспокойства, а из своей – всю мерзость, которую вытворил за минувшую неделю. Чтобы почувствовать себя живым и счастливым. И чтобы её заставить побольше улыбаться. Так же ослепительно ярко, как она улыбалась, пока я пел в детдоме, и в момент, когда наивно поверила в наглую ложь о том, что мы с Никс решили стать друзьями.

Ни черта мы ими не стали. Даже близко. До статуса «друзья» нам с Никс как пешком до Юпитера и обратно, и ни один из нас ни за что не станет менять данный факт. Однако Мили должна думать иначе, потому как реальная причина наших с Никс встреч наверняка заставит её возненавидеть нас обоих.

— Марк, – тихо шепчет ангел, хватаясь пальцами в ткань моей майки. – По…

— Тихо… Не проси меня ни о чём больше, пожалуйста. Просто будь со мной. Ты мне нужна. Очень.

— Ты мне тоже. Я так сильно скучала, – трётся об мою щетину, а я зацеловываю её лицо. – И я так боюсь, что с тобой может что-то случится. Я не переживу.

— Со мной ничего не случится, Мили. И я никогда не оставлю тебя одну. Обещаю, – со всей искренностью произношу я, даже не догадываясь, что это обещание, как и все предыдущие, данные мной, я тоже не сдержу.

Причём уже очень-очень скоро.

«Вчера днём был арестован сын одного из кандидатов на пост мэра Рокфорда – Гарри Эндрюза. Двадцати двухлетнему Марку Эндрюзу предъявлены уголовные обвинения в хранении и распространении нелегальных наркотических веществ, партия которых была обнаружена в багажнике его автомобиля во время разбирательств дорожно-транспортного происшествия. Небольшое ДТП произошло на перекрёстке Лэйн и Кроуфорд. Пострадавших нет. Оба участника инцидента получили незначительные ранения, не требующие госпитализации в больницу, поэтому Марка Эндрюза сразу же увезли в полицейский участок, а квартиру обвиняемого уже осматривают на предмет наркотиков…»