Книга Неисправимый, страница 126 – Тори Майрон

Наверное, у меня на лице написана вся боль, уничтожающая во мне всё живое, потому что мама начинает смотреть на меня с недоумением и доброй долей тревоги.

— Эми, милая, что…

— Ничего не случилось. Просто Николина пришла для одного важного дела, – стоит мне это глухо процедить, и в холле раздаётся звонок. – Я выйду буквально на пять минут и вернусь. Я никуда не уйду. Клянусь тебе.

— Но ты же болеешь, тебе нужно…

— Мне нужно с ней поговорить, мама! – категоричным тоном высекаю я и, видимо, сверлю её настолько неадекватным взглядом, что она больше не пытается остановить меня. Лишь смотрит в ответ взволнованно и слабо кивает.

Отлично.

Я всё равно вышла бы на крыльцо, вне зависимости от ответа мамы. Но не могу не порадоваться тому, что хотя бы с ней мне сейчас удалось избежать скандала. Меня и так ждёт другой. И он однозначно поставит жирную точку в нашей, как мне казалось, нерушимой дружбе с этой предательницей.

— Эми, – выдыхает Николина, глядя на меня с таким искренним сочувствием, что я невольно восхищаюсь её актёрским талантом.

Подумать только! Она неизвестно сколько времени обманывала меня, а сейчас с такой лёгкостью прикидывается, будто её заботят мои покрасневшие от слёз глаза.

— Ну не переживай ты так за него, – актриса крепко обнимает меня. – Ты же знаешь, кто его отец. Вот увидишь, долго Марка держать в заключении не станут, – утешает она, поглаживая меня по спине. Однако, как только осознаёт, что я не обнимаю её в ответ, отстраняется и с беспокойством смотрит на меня. – С тобой всё в порядке?

Она действительно это спросила или мне послышалось?

В порядке ли я?

Да мне так больно сейчас, что агонизирует не только душа, но и каждая клеточка моего простывшего тела.

— Как видишь, всё замечательно. А с тобой? Почему ты не в полицейском участке вместе с Марком? – произношу я резко, но слышу, как голос дрожит словно хрупкое стекло, норовящее вот-вот треснуть.

Николина недоумённо хмурится, продолжая свой спектакль.

— А почему я должна там быть?

— А разве на это нет причин? – моя усмешка теряется в кашле, а Николина ещё сильнее хмурит брови.

— Я не понимаю, о чём ты говоришь. Ты же знаешь, какие у нас с Марком отношения. Мы, конечно, пытаемся их наладить ради тебя, но не настолько, чтобы я поддерживала его, пока он сидит в тюремной клетке за свои прос…

Мои нервы сдают, тело вырывается из-под контроля, и я заканчиваю её лживую тираду хлёсткой звонкой оплеухой.

Голова предательницы дёргается в сторону, она прижимает ладонь к щеке, а затем возвращает мне донельзя изумлённый взгляд. И опять… чертовски искренний.

— Эми… За что?!

— Прекрати, Николина! Как ты можешь быть такой лицемерной? Сама знаешь за что! – срываюсь на крик.

— Что? О чём ты?

О чём?! Она серьёзно?! Да сколько можно?!

— Хватит! Не строй из себя дурочку. Больше этого не надо! Теперь я всё знаю! Всё!

— Что всё? – почти шёпотом спрашивает она.

— Как ты долгое время врала мне прямо в лицо о Марке. Мне! Боже! Да ты же делала из меня такую дуру! – сокрушаюсь я, хватаясь за голову. – Я даже подумать не могла, что я тоже войду в список людей, кому ты бессовестно вешаешь лапшу на уши! Я думала, что со мной ты так не поступишь!

— Эми… Пожалуйста, успокойся.

— Да как мне успокоиться, если теперь я знаю, как долго меня обманывали?!