Книга Отвоюю её у друга, страница 66 – Евгения Чащина

— Нет, план был просто пошарить у тебя в трусиках, - смеюсь и наклоняюсь над ней.

Осторожно беру нижнюю губу и смакую ее, недолго потому что не люблю поцелуи ни о чем. Но её губы почему-то не отпускаю. Набрасываюсь на ее рот так жадно, словно тысячу лет не целовался. Она так сладко извивается подо мной, что я сейчас взорвусь.

— Блядь, хочу тебя, сейчас сдохну!

Я не помню как извлек своего бойца, но помню, что когда вошёл в неё, протяжно выдохнул ей в рот и смял губами ее губы до боли. Я думал сдохну, пока трахал её так сильно, что в ушах звенело. И она елозила подо мной, выкрикивала на ухо мое имя и ногами сжимала мои бедра.

— Кончай, я догоню, - рычу в губы и в несколько мощных толчков заполняю ее спермой.

Член как будто сводит, я кончаю и кончаю, и не могу остановиться.

— Чёрт, опять, - хрипит девушка подо мной, и мы оба чувствуем, что я заполнил ее всю, до краев.

— Ты живой? - спрашивает непривычно ласково, касаясь подушечками пальцев моей щеки.

— Бля, я только что залил тебя спермой, а ты в этом сомневаешься?! - сваливаюсь на бок и утыкаюсь лицом в подушку, подавляя непонятное мне крышесносное желание укусить ее за плечо и услышать ее всхлип.

Стася

Поворачиваю голову на бок и смотрю на него, до сих пор не веря в то, что происходит.

— Когда такое случилось впервые, ты заорал на меня, что сейчас сдохнешь и что я тебя убила, вот и спрашиваю, - усмехаюсь.

— Я и сейчас сдохну, - поворачивает голову и хмурит брови, - чо за нахрен?

— Что, по-прежнему так бывает только со мной? - приподнимаю бровь самодовольно.

Не могу подавить эту глупую неуместную радость. Просто он так долго меня жрал и долбил, а это сильное тело по-прежнему помнит, кто здесь мамочка, даже когда голова с ним не дружит.

— С ней было все не так, далеко не так. Черт я сейчас рехнусь. Это сраная головная боль.

Сжимает виски ладонями и рычит протяжно.

Кладу ладонь ему на голову и провожу по лбу.

— Лежи, я таблетку принесу от головы.

Поднимаюсь с кровати и иду первым делом в ванную, чтоб привести себя в порядок.

Стою, обмываюсь и голова начинает болеть у меня. Что я только что натворила? И зачем? Почему, когда он явился и стянул свою чертову майку, я сразу решила что вытрахать из организма боль от предательства изменой это лучшая идея? Только головной боли добавилось, и себе, и ему. Это говорит здравый смысл.

А тараканы в голове пляшут и из горла хлещут шампанское. И тело предатель. Так странно поет. Такое облегчение в каждой клетке, как бабка отшептала.

Раздражённо качаю головой, укутываюсь в халат и возвращаюсь в спальню с таблеткой от головной боли и стаканом воды.

Сажусь рядом с этим развалившимся вальяжным котярой на кровать и протягиваю ему таблетку и воду.

— Держи. Двадцать минут и отпустит.

Жадно выпивает таблетку, ставит стакан на тумбочку.

— Поговорим или продолжим?

Смотрит слишком пронзительно, но не в глаза, а на мои губы.

Я же бросаю взгляд на часы и улыбаюсь.

— Твой сын может проснуться кушать. Даже не знаю который из них. Илья на днях решил, что подкрепляться среди ночи с братиком - это замечательная идея. Но этот парень хотя бы держит сам бутылочку.

— Я помогу с этими пупсами, просто обязан научиться. Таир не должен чувствовать, что брошен мною, - падает на спину и трет лицо. - Илюха идеальный старший брат, я в восторге.