Книга Отвоюю её у друга, страница 64 – Евгения Чащина

Гурам прищурился и молча кивнул.

— Тогда по коням.

Мы приехали к частному трехэтажному дому. Забор, охрана, камеры, что не пукнет ни одна кошка. В доме всего три четырехкомнатные квартиры. Стасина на третьем этаже.

— Дальше сам, бро. Мы тут если что, - Гурам вручает мне в руку ключ и хлопает по плечу. - Покажи этой козе, кто в доме батя.

— Если не вылечу из окна, считай, что приняли, - обнимаю друга, - спасибо, братишка.

— Удачи, - смеется Гурам.

Поднимаюсь наверх, открываю дверь и сразу же сталкиваюсь с ней.

Выходит из ванной в ночнушке, волосы распущены, глаза и нос красные, как будто только что перестала рыдать. Замирает, уставившись на меня как на черта из табакерки.

— Чо смотришь, хотела отца сыновьям, принимай.

Смотрю с насмешкой, пошатнулся и упёрся плечом в стену, чтобы не рухнуть у ее ног.

Она не улыбается.

— Спальня там, - указывает рукой налево. - Сыновья тоже. Удачи.

Разворачивается и уходит в другую сторону вглубь квартиры.

Сука. И как я ее любил? Да ее же придушить и того мало. Дрянь надменная. Иду за ней, останавливаюсь на пороге спальни.

— С Вартаном конец?

— С какой целью интересуешься? - поворачивается, блеснув глазами.

— За друга переживаю.

Настя скалится, закусывает губу и кивает.

— Молодец. Может к нему тогда поедешь, а меня в покое оставишь?

— Какого хуя вы творите?! У вас семья, ну трахнул левую бабу, так чо вешаться. Он мужик. А я тебя предупреждал, что не нужно отказывать ему в том, что обязана делать жена. Ты мне глаза едва не выцарапала.

— Зря не выцарапала, нужно исправить это сейчас, - рычит утробно, не повышая голоса, помня про спящих детей. Подходит вплотную к выходу из комнаты, где я стою. - Ты к детям приехал? Иди займись делом. Я ликбез не заказывала.

— Они спят, и я, пожалуй, тоже прилягу. Здесь можно?

Не дожидаясь ответа, снимаю футболку и бросаю на стул и иду к кровати.

Стоит и смотрит на меня как заторможенная, явно не понимая, какого хрена происходит. Потом отмирает.

— Ложись. В квартире много спален.

Возвращается к кровати, берет какую-то херню, похожую на рацию, и вручает ее мне.

— Решила достать меня? – скалюсь.

— Пояснительную бригаду, пожалуйста, - язвит.

— Знаешь же, что он меня не примет и цену себе набиваешь?

— Ты приперся сюда среди ночи, как суперпапа. Разбудил меня. Спасибо, что не их. Ты выел мне весь мозг ложкой, что у тебя отобрали ребенка. Твой ребенок в детской. Расти, не претендую. Я хочу нажраться и поспать.

— Посмотри мне в глаза, - беру ее за плечи и хорошенечко встряхиваю.

Волосы рассыпались по плечам. Хмурит брови, щетинится, пытается вырваться из моих рук, но быстро понимает, что это бесполезно и рявкает:

— Что?!

— У тебя два моих сына, сама захотела присвоить себе Таира, я иду как довесок, смирись. И да, я теперь просто обязан заботиться о вас. Так понятно? Мужа ты просрала, тогда терпи оболочку прошлого Сагалова. Сможешь?

Девчонка качает головой, опускает голову, и я понимаю, что мировой потоп вернулся. Девчонка всхлипывает и дрожит в моих руках.

— Ну что опять? Скучаешь за мужем?

— Если бы все было так просто, - хмыкает Настя и быстро берет себя в руки, вытирая слезы. Судорожно вздыхает, смотрит на кровать. - Ложись спать.

Сгребаю ее в свои лапы и приподнимаю над полом, напряглась, а мне похрен. Несу ее в кровать, бросаю, сам рядом. Одеяло тащу на нее.