Книга Эльф для цветочницы, страница 29 – Элейн Торн

В лавке тем временем было тихо, но не безлюдно. Томас сидел за прилавком, лениво перебирая ленты для букетов, когда звякнул колокольчик над дверью.

Первой пришла госпожа Ивонна — пожилая вдова, жившая через три дома от лавки. Она заходила каждую неделю за свежими цветами для дома и каждый раз говорила одно и то же.

— Ох, тимус, мальчик мой, как ты вырос! — пропела она, стряхивая капли дождя с зонтика. — А где же наша Рози?

— Занята, госпожа Ивонна, — вежливо ответил юноша. — Вам как обычно? Лаванда и ромашки?

— Да, милый, и добавь веточку розмарина, что-то голова тяжёлая к дождю.

Томас собрал букет, завернул в бумагу, принял монеты. Госпожа Ивонна, уходя, задержалась в дверях и хитро прищурилась:

— А что это за эльф у вас, говорят, появился? Высокий такой, светлый? Вся улица уже судачит.

Томас покраснел и пробормотал что-то невразумительное. Вдова усмехнулась и ушла, оставив после себя запах лавандовых духов и лёгкое беспокойство.

Следом за ней в лавку ввалился мастер Грегор — кузнец, огромный, бородатый, с руками-лопатами. Он приходил не за цветами, а просто поболтать с Рози, на которую положил глаз ещё с прошлой зимы. Увидев за прилавком одного Томаса, он нахмурился:

— А хозяйка где?

— Занята, — повторил Томас, мысленно закатывая глаза.

Грегор потоптался у прилавка, сделал вид, что рассматривает горшки с геранью, потом буркнул что-то про «в другой раз зайду» и вышел под дождь.

Томас выдохнул. Грегор был неплохим человеком, но его ухаживания за Рози были такими неуклюжими и настойчивыми, что даже он, семнадцатилетний парень, понимал: госпожа Рози не заинтересована. Совсем.

Ближе к полудню заглянул господин Альвин — городской клерк, сухой, педантичный, в неизменном сером сюртуке. Он всегда покупал один и тот же букет — три белые розы — и уносил их на кладбище, к жене, умершей пять лет назад. Томас молча собрал букет, принял деньги, и клерк ушёл, даже не взглянув на юношу.

А потом пришли они.

Гарет и Бран — двое мужчин, которых Томас недолюбливал больше всех. Гарет был сыном местного торговца тканями, избалованный, самоуверенный, с вечной ухмылкой на красивом лице. Бран — его приятель, пониже ростом, покрепче, с маленькими хитрыми глазками. Они оба положили глаз на Рози с тех пор, как она осталась одна, и не оставляли попыток добиться её внимания.

— О, Томас, мальчик! — протянул Гарет, входя в лавку и стряхивая капли с дорогого плаща. — А где твоя прелестная хозяйка?

— Занята, — в третий раз за день повторил Томас, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Вечно занята, — хмыкнул Бран, подходя к полке с засушенными композициями и бесцеремонно трогая их пальцами. — Может, ты ей скажешь, что мы заходили? Гарет, покажи, что принёс.

Гарет достал из-за пазухи небольшой свёрток — шёлковый платок, расшитый цветами. Дорогой, явно из отцовской лавки.

— Передай ей. Подарок. От чистого сердца.

Томас скрипнул зубами, но взял свёрток.

— Передам.

— И скажи, что мы будем в трактире «Красный мак» вечером, — добавил Гарет, подмигнув. — Пусть заглянет. Выпьем вина, поговорим... о цветах.

Они засмеялись и вышли, звякнув колокольчиком. Томас с отвращением посмотрел на платок и отложил его в сторону. Госпожа Рози никогда не брала их подарки. Он просто положит его в ящик, где уже лежали другие — ленты, заколки, флакончик духов. Всё нетронутое.