Книга Все приключения Ивидель Астер, страница 186 – Анна Сокол

— Ивидель, что ты… — на этот раз повысила голос матушка, — делаешь?

Я подскочила к черной доске, схватила кусок белого мела, второй рукой стерла часть цифр.

— Иви, — снова позвала матушка.

— Подожди, Сибил, — остановил ее отец, а я уже торопливо рисовала на гладкой черной поверхности.

Одна белая линия соединялась со второй, линии сливались и пересекали третью. Одни резкие и толстые, другие тонкие, едва различимые, но все без исключения белые. Он весь был такой, как сказал отец — словно простыня — и рисовать его на белом листке было бы неправильным. Последнимия нарисовала глаза, чуть прищуренные, дерзкие, в глубине которых притаился страх.С минуту я рассматривала нарисованныймелом портрет, а потом отступила.

— Похож, — сказал папенька. — Бесцветный, как их называют, таким же был и первый Змей.

— Рисунок — это не доказательство, мало ли, кто на кого похож! Как мы можем быть уверены, что это он? — фыркнула матушка.

— Рассказывай, ИвидельАстер, — остановив на мне тяжелый взгляд, приказал отец. — Рассказывай все, если не хочешь под замок до самого замужества.

— Позволено ли мне спросить, почему вы согласились на эту помолвку? — снова повернулся ко мне Мэрдок.

— Думаете, моим мнением интересовались?

— Думаю, — не стал юлить сокурсник. — Так почему? В чем ваша выгода?

— В том… — я сжала и разжала руку в перчатке.

Точек больше не было видно, мало того, я совсем их не ощущала, а вот когда отец задал самый важный вопрос, когда я уже готова была открыть рот и отказаться от помолвки… Ладонь прострелило болью, словно в нее вогнали сразу три горячие спицы. Я просто задохнулась от неожиданности и не смогла произнести ни слова.

— В том, что пока я помолвлена с вами, мне не станут искать другого жениха, — озвучила я часть правды. Рассказывать по частям всегда сложнее, чем обрисовать картину целиком…

Мой рассказ в отцовском кабинете больше напоминал хождение по комнате, на пол которой вывалили ящик заряженных огнем сфер. Заденешь одну, и вспыхнут все. Я перебиралась от воспоминания к воспоминанию острожными шагами-словами. Начала с покупки инструментариума и закончила праздником Дев, опустила вояж в тюрьму и мое нападение на учителя, не рассказала про укол Крису и про то, чем рисковала, сделав его. Жаль, что совсем не упоминать барона Оуэна не получилось, хотя произносить его имя при родителях оказалось необъяснимо приятно.

И все-таки, стоило мне замолчать, как матушка пораженно воскликнула:

— Ивидель! — и, повернувшись к отцу, выкрикнула. — Кто-то пытается убить наших детей! Она не вернется в Академикум, Максаим, и мне все равно, сколько ты заплатил за ее обучение.

— Отец... — начала я, вставая с кресла.

Граф Астер поднял руку, призывая к тишине, и мы с матушкой замолчали. Решение было принято, я видела это по его глазам, и каким бы оно ни было, оспорить его уже не удастся.

— Она вернется, Сибил.

Я облегченно выдохнула и упала в кресло.

— Но… — протянула беспомощно матушка.

— Вернется хотя бы потому, что здесь ей совсем не гарантирована безопасность, — я вспомнила взрыв в шахте, уверена, что и отец тоже. — Только месть. — Глаза матери заблестели от слез, и я невольно почувствовала себя виноватой.— Вернется для того, чтобы тот, кто придумал это, не понял, что все изменилось.