Онлайн книга «Все приключения Ивидель Астер»
|
— Мельников? — уточнил Оли. — И их тоже. Вам плюс один за выкрик с места. Итак, мы начинаем изучать этикет: деловой, личный и боевой. — А что, такой бывает? — уточнила Рут. — Думаете, в бою стоит расшаркиваться или интересоваться, не угодно ли противнику перезарядить метатель? «Ну что вы, что вы, я подожду, не торопитесь…» Все засмеялись. Все, кроме Клариссы Омули Тилон. И меня. — Бывает, — с улыбкой ответила учительница, но от этой улыбки у меня по спине побежали мурашки. Она никогда не кричала на нас с Илбертом, никогда не била, не щипала, не оставляла без еды, она всего лишь… — Особенно когда лучший друг в приступе гнева вызвал вас на дуэль, и теперь вам очень не хочется убивать друг друга. Боевой, он же дуэльный этикет, введен главой Ордена в шестисотом году от образования Разлома. Вам, леди… — Рут Ильсеннинг, — представилась смуглянка. — И я не леди. — Что ж, как я говорила, мы это исправим, хотите вы того или нет. Вам, мисс Ильсеннинг, плюс две. А теперь продолжим… — Что еще за «плюс одна», «плюс две»? — едва слышно спросила Мэри и посмотрела на меня. Они все посмотрели. Детей графа Астера не били, их наказывали иначе. «Плюс одна» и «плюс две» — это всего лишь минуты, которые надо простоять с книгой на голове или с вытянутыми параллельно полу руками. Со стороны это кажется простым, а вы возьмите и попробуйте, каждую секунду считать будете, а потом сведет шею, задрожат руки… Один раз я пожаловалась на Клариссу маменьке и получила вместо одной книги на голову сразу две. А Илберт, помню, упал на пол после часового повторения придворного поклона по старым правилам. Спасите нас, Девы. Сокурсники все еще смотрели, а я поняла, что сижу прямо, насколько позволяют тугой воротник платья и спинка стула. Сижу, как не сидела со дня отъезда мисс Омули из Кленового сада. Зима уже шла на убыль, но на улице снова похолодало, подтаявший снег тут же замерз. — Правее бери! Правее, я ить кому сказал? Чтоб тебя демоны разлома сожрали! Гудела тягловая лапа, трещали на морозе канаты. Ругательства и команды срывались с губ рабочих вместе с беловатыми облаками пара. Тросы натянулись, в небо поднимался дым двигателя разгрузочного механизма. Я невольно замедлила шаг. Шедший рядом со мной Отес тоже задрал голову. Солнце казалось тусклой золотой монеткой, подброшенной в небо богинями, да так там и замершей. Чуть в стороне висела «монета» поменьше — белая Эо уже заняла свое почетное место на грядущем параде лун, скоро ее догонят младшие сестры, оранжевая Кэро и красная Ио, чтобы простоять так одну ночь. Постоять и снова разойтись на пятьсот лет. Говорят, это сами богини смотрят на неразумных детей своих. Надо сказать, что Девы не очень строгие родители, смотреть смотрят, а хворостину в руки не берут. — Тудыть тебя в разлом! — закричал рабочий, когда груз чуть не снес ему голову. — Нет, ну что ты творишь? Чтоб я еще хоть раз пустил тебя за рычаги, да не будь я Ганькой Косым, не пущу! Тягловая лапа ухнула, совсем как живая, и на землю, наконец, опустился груз. На платформе стоял опутанный тросами мобиль. Ярко-желтый, как весенние цветы, вызывающий восхищение у всех, кто оказался в эту минуту на воздушном пирсе. — Говорят, рыцарей будут обучать управлять мобилями, — с плохо скрываемой завистью вздохнул Отес. — Можно сказать, Вьеру повезло. Интересно, чем мы хуже? |