Книга Эхо Синтры, страница 107 – Дмитрий Вектор

Катарина.

Они бросились в то крыло, где Тьягу запер её. Дверь была выломана. Комната была пуста.

— Где она? — спросил Тьягу.

— Он держит её в галерее, — ответила Элвира. — Там, где фреска. Он пытается… говорить с ней. Вытянуть из неё какие-то знания Ордена.

Они подошли к галерее. Дверь была приоткрыта, из щели пробивался свет. Они заглянули внутрь.

Картина была сюрреалистичной. Посреди сияющей, исцелённой галереи, прямо перед фреской смеющейся Леонор, стоял сеньор Бастуш. Он был одет в дорогой шёлковый халат, в руке держал бокал с вином. Он был похож на римского патриция на своей вилле. А у его ног, на полу, сидела Катарина.

Она была прикована цепью к стене. Её красивые волосы были спутаны, одежда превратилась в лохмотья. Но самое страшное было в её глазах. Они снова были абсолютно чёрными.

— Я не знаю, как он это сделал, — прошептала Элвира. — Но он смог… вернуть тень в неё. Частично.

Бастуш что-то говорил ей, вкрадчиво, убеждающе. А она смотрела на него с пустой, животной ненавистью.

— Ты жалкий смертный, — прошипела она голосом, в котором снова слышался двойной, скрежещущий тембр. — Ты не получишь силу. Она принадлежит ему. Повелителю.

— Твой повелитель мёртв, моя дорогая, — самодовольно усмехнулся Бастуш. — А его наследник — в бегах, как трусливый пёс. Теперь здесь новый хозяин. И ты расскажешь мне всё, что знаешь о ритуалах пробуждения. Иначе я найду способ заставить тебя страдать так, как ты и не мечтала.

Тьягу сжал кулаки так, что побелели костяшки. Он был готов ворваться туда и разорвать предателя на куски. Но Лара остановила его.

— Не сейчас, — прошептала она. — Он не один. Посмотри.

В тенях, у выходов из галереи, стояли двое. Охранники. Вооружённые. Это была крепость.

Они отступили в тень коридора.

— Мы не можем взять его силой, — сказала Лара. — Нас трое против целой армии. Нам нужен другой план.

— Нам нужно оружие, — процедил Тьягу.

— У нас его нет, — напомнила она. — Мы выбросили астролябию.

— Физического — нет, — согласился он, и в его глазах вспыхнул опасный огонёк. — Но у нас есть кое-что другое. У нас есть этот дом. Он больше не проклят. Но он всё ещё помнит. И я — его хозяин.

Он посмотрел на Элвиру.

— Вы знаете этот дом лучше, чем кто-либо. Все его тайны, все его ловушки.

— Да, сеньор, — ответила она.

— Отлично, — сказал Тьягу. — Потому что пришло время напомнить нашим гостям, что в этом доме нельзя чувствовать себя в безопасности. Мы не будем его штурмовать. Мы превратим его в ад для них. Мы будем призраками, которых они так боятся.

Ночь в Квинте-даш-Лагримаш стала их союзником. Тьма, которая веками была их врагом, теперь укрывала их. Тьягу, Лара и Элвира, трое призраков во плоти, начали свою безмолвную войну. Их штабом стала заброшенная часть дома — старые комнаты для слуг, соединённые лабиринтом тайных ходов, о которых Бастуш и его люди даже не подозревали.

— Он привёл с собой десять человек, — докладывала Элвира, чья память была таким же надёжным оружием, как и её верность. — Двое постоянно с ним, в галерее. Четверо патрулируют дом парами. Ещё четверо отдыхают в гостевом крыле. Они меняются каждые шесть часов.

— Значит, наша первая цель — патрули, — решил Тьягу. Его разум, привыкший к стратегическим играм, работал с холодной эффективностью. — Мы не будем их убивать. Мы будем их пугать. Выводить из строя. Сеять панику и недоверие. Мы заставим их поверить, что проклятие вернулось.