Книга Эхо Синтры, страница 108 – Дмитрий Вектор

План был дьявольски прост. Элвира знала каждую скрипучую половицу, каждую дверь, которая захлопывалась от сквозняка, каждую тень, которая в лунном свете принимала причудливые очертания. Она стала их режиссёром ужаса.

Первая атака произошла в полночь. Двое охранников патрулировали длинный, увешанный портретами коридор. Внезапно, в самом конце коридора, одна из дверей со скрипом приоткрылась. Они напряглись, направив туда фонари и оружие. Ничего. Они медленно пошли вперёд. И в этот момент все портреды предков Тьягу на стенах, как по команде, упали на пол с оглушительным грохотом.

Охранники вскрикнули от неожиданности. А когда они обернулись, дверь за их спиной была уже заперта. Они оказались в ловушке. Из-за стены, из-под пола, со всех сторон раздался шёпот. Десятки голосов, накладываясь друг на друга, шептали их имена. Это была Лара, которая, используя систему старых переговорных труб для слуг, создавала эффект жуткого, всепроникающего звука.

Один из охранников начал палить в стены. Другой, впав в панику, пытался выломать дверь. Они были полностью дезориентированы. И в этот момент из-за одного из портретов ударила струя усыпляющего газа — Тьягу приготовил его из химикатов, найденных в старой фотолаборатории своего деда. Через минуту оба охранника лежали на полу без сознания. Тьягу и Лара вышли из своего укрытия, забрали их оружие и оттащили в одну из тайных комнат.

Минус два.

Следующая пара попалась в библиотеке. Бастуш приказал им каталогизировать книги, надеясь найти какие-то скрытые записи. Элвира знала, что один из огромных книжных шкафов был снабжён потайным механизмом — он мог вращаться вокруг своей оси, открывая проход в соседнюю комнату.

Когда охранники были в самом дальнем углу библиотеки, шкаф беззвучно повернулся, отрезая их от выхода. Свет в библиотеке погас. Они оказались в абсолютной темноте. И снова шёпот. Но на этот раз он был настоящим. Тьягу, стоя за стеной, впервые за долгое время обратился к остаточной энергии дома, к эху своих предков. Он не призывал их. Он просто попросил их о помощи. И дом, узнавший своего истинного хозяина, ответил.

Охранники слышали шаги. Видели смутные тени, скользящие между стеллажами. Чувствовали ледяное дыхание на своих затылках. Они не выдержали и десяти минут. Когда Тьягу и Лара вошли в библиотеку, один из них сидел в углу, обхватив голову руками и что-то бессвязно бормоча. Другой лежал на полу в обмороке.

Минус четыре.

Паника в доме нарастала. Оставшиеся охранники отказывались ходить поодиночке. Они сбились в кучу в главном холле, вздрагивая от каждого шороха. Бастуш был в ярости. Он кричал на них, угрожал, но сам боялся покинуть освещённую галерею. Он чувствовал, что теряет контроль над домом, который считал своим.

— Он думает, что это призраки, — сказал Тьягу, когда они собрались в своём убежище. — Он верит в старые легенды. И это наша главная уязвимость.

— Уязвимость? — не поняла Лара.

— Он захочет провести ритуал. Ритуал изгнания или подчинения, — пояснил Тьягу. — Он попытается использовать Катарину.

И он оказался прав.

На следующую ночь они увидели, как Бастуш готовится. Он приказал своим людям принести в галерею серебряные подсвечники, чаши, начертил на полу круг солью. А Катарину он заставил встать в центр этого круга. Он собирался использовать её как проводник, как антенну, чтобы «достучаться» до духов дома и подчинить их себе.