Онлайн книга «Гранитное сердце»
|
Только я не понимала, ни какой им нужен знак, ни как мне его дать. Оглядываясь на меня, и кивая, процессия из нескольких десятков груженых телег, сопровождаемая верховыми и телегами с людьми, выехала со двора. Ворота за ними закрылись. И буквально в то же мгновение нам навстречу вышла тройка ликаев. — Какая честь! Неужели вы втроем вышли встречать нас, простых смертных? — не удержалась я, чтобы не съязвить. Мерзкая ликайка, по обыкновению, выйдя чуть вперед, ответила мне холодной улыбкой, а потом, обернувшись к сопровожавшим ее соотечественникам, которых, кстати, стало в несколько раз больше, взмахнула рукой. Уж она-то, в отличие от меня, видимо, умела подавать знаки! Двое высоченных ликаев бодро зашагали в сторону Брендона, а двое бегом — ко мне! Я и глазом моргнуть не успела, как меня схватили за обе руки, заломили их за спину, а потом один из ликаев неожиданно надел мне на лицо некое подобие маски с кляпом, застегнув на затылке. Я пыталась сопротивляться, но это было абсолютно бессмысленно. Да и мое сопротивление мгновенно прекратилось, когда я увидела, как избивают Брендона, упавшего на землю. Ликайка и ее два товарища тянули в его сторону руки и, если сощуриться (а теперь в моей маске я могла смотреть только так), мне были видны тонкие нити голубоватого цвета, тянущиеся от их пальцев в сторону Брендона. Было такое ощущение, словно нити эти парализуют его, не дают ему сопротивляться и двигаться, а уж кулаки и ноги нападавших довершают насилие, добивая его! А он даже закрыться не мог! Руки его были словно парализованы, пальцы скрючены, изо рта текла кровь! И я понимала, что счет идет на секунды! Мне хотелось кричать, чтобы прекратили! Мне хотелось умолять, чтобы не убивали! Мне хотелось драться! Но я смогла только сделать несколько шагов в сторону ликайки и упасть на колени, взглядом умоляя не убивать его... 31 глава В маленькой темной комнатке, жутко напоминающей тюремную камеру (хоть я их и видела только по телевизору) высоко, почти у самого потолка было закрытое решетками окошко. Если встать на цыпочки на краю сбитого из дерева ящика, только отдаленно напоминающего кровать, и вцепиться руками в прутья решетки, то можно было разглядеть двор замка и снующих по нему людей. Можно было почувствовать снежинки, ложащиеся на пальцы. И даже втянуть носом прохладный осенний воздух. Когда я уставала пялиться на улицу, когда ноги начинали трястись от напряжения, я слезала и приступала к своему второму занятию. Я пыталась стащить с лица маску. Но... Странное дело! Пальцы легко нащупывали крючки и ремешки, и умом я понимала, как их нужно открывать, но не получалось! Ремешки, как живые, выскальзывали из рук, а крючки не отцеплялись, хоть убей! Терпеть маску на лице было непросто — она натирала виски и щеки, и закрывала часть обзора для глаз. Но тяжелее всего давалось ощущение гладкой, но большой деревяшки во рту. Челюсти сводило болью, постоянно текла слюна, на языке, казалось уже образовались раны от неконтролируемого желания вытолкнуть инородный предмет! Хотелось выть и кричать, биться головой о стену! Хотелось... Но сильнее всего хотелось знать, что с Брендоном! Когда мне приказали подняться и повели сюда, я успела обернуться и увидеть, как маленький Фредди с подбежавшей к нему сестренкой пытаются утащить безвольное тело со двора. |