Книга Порченая для ледяного дракона, страница 96 – Анна Батлук

— Расмус, - прошептала я. Мужчина не отозвался. Я осторожно подошла и потрясла его за плечо, но никакого эффекта это не возымело. Ну, быть может, храпеть стал громче.

Спустя несколько минут мы стояли над спящим Расмусом вдвоем – я и Захария. Чтобы продемонстрировать поварихе состояние дака, я заботливо прикрыла мужчину одеялом.

— А ленту он зачем нацепил? – удивилась Захария. – Ты посмотри какой затейник.

Я густо покраснела и ленту забрала.

— Это неважно. Что с ним могло произойти?

— Не знаю, - Захария принялась нервно грызть ногти. – Я не могла ошибиться с травами! Может для даков девясил, или ярутка дают сонный эффект?

Расмус нервно всхрапнул, и мы обе вздрогнули.

— Может быть, об этом стоило подумать раньше? – прошипела я. – До того, как ты добавила их в чай?

Захария взяла кружку и понюхала ее содержимое.

— Ой, - даже в полутемной комнате было видно, как повариха побледнела.

— Что значит «ой»?

— Наверное, я все-таки перепутала… Но удивительно, как этот дак не учуял запах зеленорыхлой сосны? Ее запах все желание чаевничать отбивает… По-видимому, мысли его были заняты совсем другим.

Она натянуто улыбнулась, но мне было не до смеха.

— Постой-ка, - до меня начало доходить. – То есть чай никак не способствовал мужской силе?

— Скорее всего нет. Но все же и так получилось хорошо? Пусть поспит, отдохнет, а потом заново начнете. Просто зеленорыхлая сосна обладает сильным сонным эффектом, мы его сейчас никак не поднимем.

Я растерянно моргала. Получается, что у Расмуса не имеется проблем по мужской части? Я вспомнила некоторые эпизоды недавнего прошлого и покраснела. По всему выходит, что нет. Но ведь три года назад он, несмотря на то, что глаза у него завязаны не были, лишить меня девственности не смог… Или вернее не захотел.

Я потерла лицо, отказываясь размышлять на эту тему. Счастье, что чай оказался не вредным и не подействовал раньше - прелесть какой кошмар получился бы, вырубись Расмус прямо на мне.

— Так что, я зову свидетелей? – неожиданно спросила Захария. – Только вам надо бы раздеться и лечь рядом с драконом, а то никто не поверит.

Я поежилась от перспективы лежать обнаженной рядом с Расмусом в ожидании свидетелей.

— Ты думаешь я все это затеяла, чтобы заставить Расмуса на мне жениться?

— Конечно! А зачем же еще?

Действительно. Других причин попросту быть не может.

Я огляделась и почувствовала нереальность происходящего: ситуация сложилась в высшей степени странная. Расмус лежит на кровати и громко храпит, а мы с Захарией стоим и обсуждаем, как его лучше подставить. Не хватает только везбешенного Ульриха для полноты картины, но если не угомонить повариху, то скоро он появится.

— Захария, - я пыталась говорить спокойно, хотя наружу рвался истерический смех. – Давай поскорее уйдем отсюда.

Захария махнула рукой.

— Вот так и знала, что в самый решительный момент вы испугаетесь. Даже раздеваться не надо, я сама все сделаю. Ждите здесь.

Я загородила поварихе дорогу.

— Захария, ты подумай: Расмус спит, в кружке сонный отвар. Нас обвинят в отравлении дака, в стремлении его опорочить и женить на себе.

И будут правы, смею заметить.

Захария нахмурилась, раздумывая.

— Вы правы, госпожа. Нужно уничтожить улики! Я принесу новый чай. А когда дак проснется, он и не сможет доказать, что пил что-то другое.