Книга Чужие звезды, страница 89 – Наталья Нежданова

— Христиане не хотели жить, как все! — отвечаю я. — Они искали абсолютной честности и доверия. Они стремились к справедливости, считали, что люди должны стать любящими и заботливыми братьями и сёстрами. Вместо того, чтобы давить друг друга в конкурентной борьбе.

— Но если бы все действительно стали так жить, ведь это же очень здорово было бы! — перебивает меня Нея.

— Ага, скажи это тен Меро! — отвечает ей Айли.

Арья-христиане выбрали жить по закону Божьему, — рассказываю я. — В своих первых общинах на Старом Айрине они решили подражать христианам Эриды. Они стали выходить из системы экономического неравенства и властной иерархии. Окружающие, а порой даже члены их семей, принялись возмущаться, почему это вдруг они не хотят жить, как все. Ну и пошло-поехало. Христиане сначала терпели, хотя давление на них всё усиливалось. Насмешки и оскорбления, пропаганда, потом уже и с работы могли уволить, и даже отправить в психушку. Дальше пошли угрозы и избиения, погромы храмов, на которые полиция часто закрывала глаза.

Всё полыхнуло, когда у христиан начали отбирать детей. Родители стали сопротивляться охране порядка, часто с оружием в руках. Если тебя лично обижают, можно и потерпеть. Но когда зло тянется к слабым и беззащитным, угрожая им гибелью бессмертной души, необходимо его остановить! Христиан было немного, но они были везде. В том числе среди военных и прочих силовых структур.

Дело шло к гражданской войне. И тут очень кстати пришлось открытие новой биосферной планеты, уже без разумной жизни и без всяких пространственных аномалий. Всем показалось, если христиане покинут Айрин и поселятся там в полной изоляции, это решит проблему.

А через 30 лет после нашего переселения кое-кто на Старом Айрине подумал, с какой это стати горстка отщепенцев должна владеть целой планетой с нерастраченными ресурсами и прекрасной экологией? Тем более, они полагали, что мы там деградировали, чуть ли не в дикарей превратились. Дескать, раз у нас теократия, значит, упадок науки и техники. Они потребовали выделить большую часть Нового Айрина в совместное пользование. Мы, естественно, отказались уходить в резервации. Тем более, это было нарушением договора между нами. Того, что заключили по всем правилам перед нашим исходом со Старого Айрина: мы не вмешиваемся в их жизнь и не вторгаемся в их зону космоса, они — в нашу.

Тогда на нас напали, но мы сумели дать отпор, хоть и дорогой ценой. Так началась война, которая идет до сих пор, то почти угасая, то вспыхивая с новой силой. Последнее обострение было совсем недавно, когда мы нашли и стали заселять новую биосферную планету — Сирин.

— У нам пишут, что вы его сами уничтожили тектоническим оружием, чтобы не достался нашим! — говорит Айли.

— С тремя миллионами собственных граждан? — спрашиваю я.

— Тэми, лично я больше тебе верю! — говорит Нея. — И знаешь, я бы очень хотела побывать на Светлом Айрине!

— Я бы тоже не отказалась, — замечает Айли. — Я могла бы там сейчас экзамен сдать и одна летать на флаере, куда хочу!

— Интересно, а что сейчас на Эриде происходит? — спрашивает Нея.

— Может, и увидим когда-нибудь, — отвечаю я. — Насколько я знаю, в той части рукава галактики имеется какая-то гравитационная аномалия. Она делает невозможными межзвёздные перемещения. Но иногда она исчезает, возможно, это даже цикличный процесс. Наши пытались создать исследовательские станции в соседних звёздных системах, чтобы с этим разобраться. Но не получилось, потому что здесь у вас решили этому воспрепятствовать. А у нас просто нет такого количества людей и ресурсов, чтобы держать мощные и надёжно защищённые базы в столь отдалённом месте.