Книга Служанка для темного повелителя, страница 7 – Влади Солерн

Никогда даже и подумать не могла, что от абьюзера так сложно уйти. А иногда… просто невозможно. Если он такой, как Игнат… Это всё. А всё потому, что достанет и с того света.

Был ведь не только побег. Бессчетное количество попыток обратиться за помощью к вышестоящим инстанциям, допустим, в полицию, в одно отделение, во второе, третье, но как оказалось…

В полиции этой у козла моего там всё куплено, и давно, заявления даже не приняли, только посмеялись, вызвали мужа и сказали ему разбираться с «проблемой», то есть со мной.

Пыталась кричать о своем положении родителям, а он ласково выставил меня перед ними истеричкой, мол, я всё придумываю и всё такое, делал фантастически удивленное лицо, совершенно не понимая, какого и что я несу родным и за что я так с ним, ведь на людях он был идеальным. А вот за закрытыми дверями… кости всё ещё болят.

В последний раз, когда я разговаривала на эту тему с мамой, она отреагировала резко: сама выбрала, сама и живи, нечего придумывать всякое разное. К мужу иди. Он тебя ждет, а ты тут расселась, неблагодарная.

Я ушла.

И с родителями оборвала все контакты, самое смешное, они до сих пор не понимают, почему, и обижаются.

Смертельно устала.

По щекам лились беззвучные слезы. Про себя я молилась. Шептала что-то, сама не осознавая, что говорю и кому возношу молитвы.

Просто молила о помощи все высшие силы, которые могли существовать, до тех пор, пока внезапно не ощутила на себе чужой взгляд.

Никогда ничего подобного не испытывала, но, когда испытала, спутать это ощущение с иным почти невозможно, ты ощущаешь его на генном уровне.

Медленно подняла голову, тяжело сглатывая. На расстоянии вытянутой руки в позе лотоса сидел неестественно красивый мужчина, которому здесь просто неоткуда было взяться. Я не вздрогнула. И даже не испугалась.

С трудом разлепила губы, прохрипев:

— Вы кто?

— Тот, кто может разрулить твою маленькую проблемку, моя светлая вкусняшка, ― сладкий тон фантастически красивого мужского голоса пронизывает до самого основания, волнами накатывает тошнота. ― Хочешь избавиться от своего мужа ублюдка, я помогу, только скажи.

Иронично изогнула бровь, незнакомец слегка наклонил голову, с весельем повторяя мою мимику.

— Серьезно?

— Более чем. Сделаю всё в лучшем виде, уже завтра сдохнет в адских муках, ну, а ты обретешь свободу. Но не просто так, конечно.

— Конечно. И что вы хотите за сию маленькую услугу?

Незнакомец бархатно расхохотался.

— А ты мне нравишься, дрейя.

— Хоть горшок. Что вы хотите?

— Ну, разумеется сделку, недогадливая моя. Я устраняю твою проблемку, ну, а ты отправляешься со мной, в мой мир ко мне в услужение.

Фыркаю:

— Неинтересно. Менять шило на мыло — такое себе дело, дурное, я бы сказала.

— Ну, что ты. Никакого шила, Аглая. Ты обретешь свободу.

— Вы осознаете, как слышатся ваши слова? Да, мягко говоря, дико! Верить в такое очень непросто.

— Конечно, вкусняшка. Я могу вернуться за ответом, скажем, через неделю, или две, хорошенько подумаешь обо всём. Как тебе вариант?

Я было уже согласилась, чтобы скорее исчез этот глюк, а затем представила возвращение Игната домой, издевательства по адскому кругу, а ведь он ещё пел, что на следующей неделе к нам в гости придут его друзья…

Меня передернуло. До тошноты. Утерев рот запястьем, сиплю: