Книга Служанка для темного повелителя, страница 96 – Влади Солерн

И… просто ушел огнем, оставляя меня совершенно одну. Озадаченно моргнула, потерев грудь, резко накрыло омерзительное ощущение, что я сделала что-то не так.

Мессор

Нет, Аглая не сделала что-то не так. Однако её липкий страх, ужас и глубинное отвращение, нет, не разочаровали, лишь немного покоробили, он понял, насколько она не готова, и решил отступить. Он обязан уважать её желания и считаться с ними.

Не готова, он понимает, к обряду Кхара, — трактующееся дословно как темное перерождение — редко кто сходу готов, только лишь искренне всепоглощающе любящие пары, не вина Аглаи, что её чувства не таковы, как и ему хочется.

Файрокс достал из кармана амулет, огладил большим пальцем черные блестящие бусины.

Он подождет.

Аглая

В душе неприятно тянуло. Около часа я просто просидела на постели, в ожидании возвращения Файрокса и каких-то объяснений, но, естественно, он так и не пришел. Я сходила в ванную, долго отмокала в едва теплой воде и додумалась до одной простой вещи. Мессор не раз упоминал о том, что в энергетическом плане он больше никем не может питаться, а, видимо, только мной. Значит, у него на меня какая-то привязка и явно эмоциональный спектр она тоже затрагивает.

Видимо, он прекрасно ощутил на себе все мои эмоции, мои страхи, да всё. Ударила ладонью по плитке и закрыла глаза, крепко сжав челюсти. Твою мать, если бы дорогой мне человек испытывал по отношению ко мне подобные чувства, я бы тоже расстроилась. Тяжко вздохнула. М-да, Аглая. Конечно, я не считала себя виноватой, да и справедливости ради, у нас двоих есть рот, через который следует говорить, но и Мессора понимала, он дал мне передышку.

В спальне на столике обнаружился поднос с ужином. Равнодушно заглянув под крышку, проигнорировала еду и уныло забралась на постель. За всеми последними переживаниями волнения и страхи по поводу ритуала иссякли окончательно. Да плевать с высокой колокольни на этот ритуал, тоже мне, нашла, из-за чего паниковать. С другой стороны, намеренно я не паниковала и не так уж и накручивала, оно само.

Язвительность перла наружу. Да, блин!

Накрыла голову подушкой. Повертевшись на постели с полчаса, скинула подуху на пол. В груди по-прежнему неприятно ныло. Интересно, чем сейчас занимается мой жнец? Увидеть бы его, нормально поговорить. Резко села, нахмурившись. А что меня, собственно, останавливает? Взбудоражено встряхнувшись, слетела с кровати, кинувшись в гардеробную, поменяла халат на более приемлемый, черный шелк с запахом по самую щиколотку, волосы расчесала и оставила распущенными, скользнув на своё отражение в зеркале, слабо улыбнулась и куснула губу.

«Не отступать, Глашка!» ― в голове воинственным голосом герхора.

Улыбнувшись, призвала хранителя. Он возник посреди спальни буквально через пять секунд, поклонился:

— Госпожа.

— Доброй ночи. Будь добр, отведи меня к покоям повелителя.

Тень пошла рябью.

— Вы уверены, госпожа?

— Не сомневайся.

От тени повеяло удовлетворением. И вот я стою возле двери в темноте коридора, Орджак, перед тем как растворился, пожелал мне удачи, да, она мне, вероятно, очень даже пригодится. Стучу. И нахально толкаю створку, попадая сразу же в минималистично обставленную спальню. Мой взгляд прикипает к постели, на которой с невозмутимой миной полулежит мой жнец, держа в руках книгу, идеальная бровь ползет к небрежно растрепанным волосам.