Книга После развода с драконом. Будешь моей в 45, страница 158 – Анна Солейн

— Нет. Времени что-то объяснять посторонним не было, ты могла пострадать. К тому же, магические маячки в твоих драгоценностях были завязаны на меня.

— Ты снова поставил на мои украшения маячки?!

— Разумеется! — возмутился Гидеон, подаваясь вперед. — И не только!

— Не только маячки? Не только в украшения? Гидеон…

— Как еще я мог быть уверен, что с тобой все в порядке и, в случае чего, я успею?

Я даже не сразу нашлась с тем, что ответить. Прикрыла глаза, отвернулась и пробормотала:

— Мы еще поговорим об этом. Знала бы, что ты такой повернутый, подождала бы спасения, как приличная барышня в беде.

На несколько секунд после моих слов повисла тишина, и я уже снова понадеялась вздремнуть, когда вдруг услышала сдавленный смех, как будто Гидеон изо всех сил старался не расхохотаться.

— Рада, что тебе весело. А теперь ты не мог бы, уж прости, но уйти? Я бы хотела вздремнуть и желательно без присутствия бывшего мужа. Можешь мне кольцо какое-нибудь оставить, если хочешь.

После этого Гидеон расхохотался уже в открытую.

— Я уже и забыл, — выдавил он спустя минуту, — что только ты можешь меня так рассмешить.

На лицо невольно наползла улыбка, и я тут же нахмурилась.

Нет уж. Хватит с меня.

Воспоминания о прошлом — это хорошо, но некоторые вещи не стоит тащить с собой в будущее. Например, вздрагивающее от смеха бывшего мужа сердце. Да как-то несолидно в моем возрасте иметь вздрагивающее сердце, в конце концов!

— Ты просто невнимательно искал чувство юмора под юбкой Офелии.

— Элли…

— И Селесты.

— Элли…

— В любом случае, измена и череда любовниц — отличное развлечение. Получше шуток старой жены.

Тишина. Гидеон перестал хихикать и, судя по короткому скрипу, откинулся на спинку кресла.

— Да. Особенно та измена, которой не было.

— Не твой случай.

— Нет, — неожиданно серьезно отрезал он. — Ничего не было.

— Ну да, конечно. Ты этой прошмандовке просто помогал платье застегнуть. Ради бога, Гидеон, прошло столько лет, хоть сейчас — не пудри мне мозги.

— Ничего не было. Только то, что ты видела. Это все.

Сердце сделало в груди кульбит, и я разозлилась.

— Как будто того, что я видела, недостаточно! — выпалила я и тут же заставила себя успокоиться. Это уже не мои проблемы. Давно — не мои. Меня не должно это волновать. — В любом случае, ты все наверстал потом с Селестой и остальными. Рада за тебя.

Я надеялась, что Гидеон хоть сейчас оставит меня в покое, но нет.

— С Селестой? Делмар? При чем здесь она?

При том, что я бы лучше вернулась в подвал к Черепу, чем продолжала этот разговор.

— Мы с ней душевно поговорили на балу о ваших теплых отношениях. Привет передавала.

И чуть не убила. Как сговорились все в тот день, ей-богу!

Гидеон помедлил.

— Я не знаю, что она тебе сказала, но это неправда.

— Меня это не волнует. Уходи. Я хочу спать.

Ноль реакции.

— У меня ни с одной женщиной, — медленно сказал Гидеон. — Ничего не было. Ни с кем, с тех пор, как у тебя появилась моя метка. С тех пор была только ты.

Интересно, Гидеон слышит, как колотится мое идиотское сердце? Надеюсь, что нет.

Не зря говорят, что женщины любят ушами. Иначе почему я снова веду себя как дура? Правду говорят про горбатого и могилу.

— Мы по-разному понимаем суть измены, Гидеон. Но сейчас это уже неважно. Я не хочу об этом разговаривать.