Книга Моя тьма, его правила, страница 108 – Светлана Тимина

— Это он? — её голос изменился.

— Что? Нет. Это не Майкл. Я нарвалась на садиста до него. Еле осталась жива…

Надо было ей рассказать о Хьюго подробнее, тогда бы не было такой реакции.

— Прости, — прошептала она. — Я не должна была… Я просто… хотела кадр.

Я развернулась к ней.

— Всё нормально. Это часть меня. Как и твоя тьма — часть тебя.

— Я сделаю ретушь. Он не попадет в кадр.

Я кивнула. И в этот момент почувствовала, что мы стали ближе. Не из-за боли. А потому что мы обе знали, каково это — быть сломанной и выжить.

Спустя сорок минут Дреа опустила камеру, внимательно рассматривая снимки на экране. Я заглянула через плечо. Лёгкий свет от студийной лампы играл на моей коже, и в теле было что-то пленительное. Платье с открытой спиной, почти прозрачное, придавало невесомости, как будто я была не совсем человек, а нечто большее.

Но взгляд Дреа оставался всё-таки на одном месте — на шраме. След, который со временем терял яркость, но не исчезал.

Дреа сделала ещё пару снимков, и её руки вдруг слегка задрожали. Камера едва не соскользнула с пальцев.

— Всё нормально? — спросила я, пытаясь прочитать её взгляд.

Она отложила камеру на стол и прикоснулась к виску, как будто пытаясь удержать резкий приступ боли, который внезапно накрыл её.

— Болит голова, — тихо сказала она, и в её голосе появилась какая-то неуверенность, странная для неё. — Мне нужно немного времени. Дай, пожалуйста, таблетки.

Я сразу же вскочила, хватая с полки на столике пузырёк с болеутоляющим.

— Это не просто головная боль, — я почувствовала, как тревога поднималась в груди. — Что-то не так. Дреа! Ты меня слышишь?

Дреа сжала виски и прикрыла глаза. Похоже, она не могла контролировать тот момент. Я не знала, что делать. Всё её спокойствие исчезло за мгновение. Она выглядела совсем не так, как обычно.

— Мне нужно позвонить. — Дреа едва шептала. — Шарлиз Майклсон. Психотерапевт. Позвони ей. Быстро.

Я моментально гашла в списке исходящих звонков и набрала номер, сжимая трубку. В голове ещё звучал её голос — про сбой в матрице, про её «забытое» прошлое. И сейчас я не могла отделаться от ощущения, что всё это не просто совпадения.

Долгие гудки. Я старалась не думать о том, что уже давно завершен рабочий день, и что делать, если мне никто не ответит. Наконец звонок приняли.

— Доктор Майклсон?

— Да, это я. Что случилось?

— Это подруга мисс Дреа Каммингс. Ей плохо. У неё сильная головная боль, и она... — я замолчала, не зная, как точно описать состояние Дреа. — Я не знаю, что происходит, но она сказала позвонить вам…

— Я вас поняла. Плезир Хиллз, 3040, 18. Привезите её. Немедленно.

Сердце заколотилось в груди. Когда я положила трубку, Дреа уже стояла, опираясь на стол, с явно затуманенным взглядом.

— Мы поедем к Шарлиз. Ты в порядке? — спросила я, не в силах смотреть на пугающую беспомощность новообретенной подруги.

Она не ответила, но кивнула. Я схватила её сумку, подтолкнув к двери, но Дреа остановилась на пороге и оглянулась.

— Я не знаю, что это, Блейк, — тихо проговорила она. — Иногда мне кажется, что… что я забываю. Вещи, которые происходят с нами. Мы знаем их, но они не могут быть частью нас, потому что такое не забывается. Мы не хотим помнить.

Её слова словно отразились в пустоте, оставляя за собой эхо. Я взяла её за руку и не отпустила, несмотря на тревогу в груди.